Талена скрылась за шелковой занавеской, а я развел костер, не желая пока ложиться. Я не мог забыть человека в черном шлеме, сидящего на троне, и думал: – Мог ли он заметить меня? Или, может быть, я ошибся? Я сидел на ковре, подбрасывая хворост в костер, и слушал приглушенную музыку, доносившуюся из соседнего шатра – звуки флейты и барабанов.

Пока я так развлекался, из-за занавески появилась Талена. Я думал, что она ушла спать, но вместо этого она стояла передо мной, одетая в прозрачные одежды горийской танцовщицы, губы ее были сильно накрашены, голова моя кружилась от распространившегося по шатру сильнейшего запаха духов. На оливковых щиколотках были одеты танцевальные браслеты с маленькими колокольчиками. В каждой руке у нее было по кинвалу. Она опустилась на колени и грациозно подняла руки над головой. Кинвалы блеснули, и Талена, дочь убара всего Гора, стала танцевать передо мной под музыку из соседнего шатра.

Изящно согнувшись передо мной, она спросила:

– Ты доволен мной, хозяин?

В ее голосе не было ни злобы, ни иронии.

– Да, – сказал я, не став отступать от роли, порученной мне.

Она ненадолго задумалась. Потом подошла к стене шатра и быстро сняла рабскую цепь и плеть, вложила их в мои руки, и упала передо мной на колени, но не в позе раба башни, а рабыни наслаждения.

– Если хочешь, – сказала она, – я исполню танец плети и танец цепи.

Я отбросил цепь и плеть к стене.

– Нет, – сердито сказал я. – Я не хочу, чтобы ты танцевала эти жестокие танцы Гора, столь унижающие женщину.

– Тогда я покажу тебе любовный танец, – сказала она счастливо, – танец, которому я научилась в Огороженных Садах Ара.

– Это мне нравится, – сказал я, и Талена исполнила этот горийский танец страсти.

Так она танцевала несколько минут. Ее шелка вспыхивали в свете костра и обнаженные ноги с позвякивающими колокольчиками мягко ступали по ковру. С последним ударом кинвалов она, горячо и учащенно дыша, с блестевшими глазами упала передо мной на ковер и оказалась в моих объятиях. Глядя мне в глаза, она сказала, чуть запинаясь:

– Принеси железо, заклейми меня хозяин.

– Нет, Талена, – сказал я, целуя ее в губы. – Нет.

– Я должна принадлежать кому-то, – прошептала она, – и хочу принадлежать тебе, вся целиком и полностью. Я хочу твоего клейма. Тэрл из Бристоля, ты понимаешь меня? Я хочу быть твоей рабыней.

Я расстегнул ее ошейник и сорвал его с шеи.

– Ты свободна, любимая, – прошептал я. – Навсегда.

– Нет, – заплакала она, – я твоя рабыня. – Она прижалась ко мне. – Я твоя, – прошептала она, – возьми меня.

За моей спиной послышался шум, и в шатер ворвались тарнсмены. Я помню, что успел повернуться и увидеть древко копья, опускающегося на мою голову, услышать крик Талены. В глазах моих вспыхнуло и наступила тьма.

Мои лодыжки и запястья были привязаны к легкой плавающей раме, и веревки впились в мою плоть под весом тела. Я повернул голову, ощущая боль в животе, и окунул лицо в воду Воска. Я попытался подвигать руками и ногами, моргая от света раскаленного солнца.

– Он очнулся, – сказал кто-то.

Я почувствовал, как в раму забили древками копий, намереваясь спихнуть ее в воду Я напряг зрение и сквозь пелену увидел темный предмет, оказавшийся шлемом члена Касты Убийц. Медленно, с ритуальным движением, шлем поднялся, и я увидел серое жесткое лицо, которое казалось выкованным из металла. Глаза были неподвижны, они казались сделанными из стекла или камня и искусственно врезанными в металлическую маску.

– Я Па-Кур, – сказал человек.

Да, это был он, Владыка Убийц Ара, вождь орды.

– Мы снова встретились, – сказал я. Глаза его шевельнулись.

– Цилиндр из Ко-Ро-Ба, – напомнил я. – Арбалет.

Он молчал.

– Тогда тебе не удалось убить меня, – с издевкой сказал я. – Возможно, тебе следует повторить попытку. Теперь цель больше соответствует твоему искусству.

Люди, стоявшие за Па-Куром, возмущенно зароптали. Сам он никак не выразил своих чувств.

– Оружие, – сказал он, протянув руку. В ней мгновенно оказался арбалет. Это был большой стальной лук, заряженный и взведенный, со стальной стрелой в ложе.

Я приготовился встретить смерть. Интересно, успею ли я ощутить удар? Па-Кур поднял руку и сделал повелительный жест. Я увидел маленький круглый предмет, подброшенный в воздух одним из людей Па-Кура – это был тарновый диск. Когда эта точка достигла своего апогея, я услышал щелчок, жужжание тетивы и свист стрелы. Прежде, чем диск стал падать, стрела поразила его и пролетела еще ярдов 250. Люди Па-Кура затопали ногами по песку и забили наконечниками копий по щитам.

– Я сказал глупость, – промолвил я.