Денисов сошел на землю. Затем знаками дал понять, что из бесшумных пистолетов он снимает двоих у костра, а Рязанов – того, который находится на крыльце.

Забор был на голову выше. Иванов и Дорофеев присели на корточки, уперевшись руками в забор. Дождавшись, когда их товарищи усядутся на плечи, они синхронно выпрямились. Раздалось шесть сухих щелчков.

Двое любителей побаловаться чайком среди ночи так и остались сидеть, прислонившись спинами к опоре навеса. Зато тот, который стоял на крыльце, напротив, с шумом скатился вниз. Загремел по ступенькам автомат.

Не мешкая, Денисов с Рязановым спрыгнули внутрь двора и бросились к входу, за ними последовал Иванов. Дорофеев остался снаружи.

Двери оказались незапертыми. Какие-то секунды – и Денисов был уже внутри дома. Впереди маячил силуэт Рязанова. Раздался еще один щелчок. Через плечо товарища Денисов заметил, как что-то белое опустилось на пол. Они ворвались в небольшую комнату. Света, падающего через окна, было уже достаточно. Поэтому сразу бросилась в глаза фигура полного человека, подскочившего на кровати. Послышался звук снимаемого с предохранителя автомата.

– Живым! – успел выдохнуть Денисов, заметив, как Рязанов сорвал с себя автомат.

В то же мгновение раздался грохот и вскрик. Силуэт человека застыл, привалившись к стене.

– Ты его не убил? – подскочив к кровати и осветив лицо бандита небольшим фонариком, испуганно спросил Денисов.

Перед ними был не кто иной, как Идрис собственной персоной. Закатив глаза, тот едва заметно дышал. Рязанов метнул, словно копье, в него автомат, попав прикладом в голову.

– Буксир! – напомнил Денисову Вадим и повернулся к нему спиной.

Приспособление для конвоирования в особых условиях представляло собой нечто похожее на собачий ошейник с двумя полуторамиллиметровыми иглами. Это устройство крепилось на шее пленника и путем тонкой цепочки и двух проводков подключалось к батарее питания переговорного устройства. В электрической цепи «буксира» был конденсатор и замыкатель, включающийся, если цепь натягивалась. В этом случае иголки входили в шею, и пленник получал довольно ощутимый удар током.

Довольно негуманный способ конвоирования позволял быть уверенным, что пленник следует рядом с той же скоростью, что и спецназовец. Тот, в свою очередь, мог свободно вести бой.

Надев на руки Идриса наручники, офицеры бегло осмотрели комнаты, прихватили несколько полевых сумок, похожих на планшеты вертолетчиков, два спутниковых телефона, ноутбук и бросились прочь.

Несколько раз Идрис вскрикивал, получая разряды током. Вскоре, видимо, до него дошло, в чем дело, и он уверенно поспевал за Рязановым.

Светало, как назло, быстро. Уже было видно всю улицу. Они пробежали половину пути, когда с крыши одного из домов послышался окрик на арабском языке. Почти сразу за ним последовала пулеметная очередь.

– Иванов, – позвал Денисов, – «шмель»!

Проворно перебросив огнемет из-за спины на плечо, тот привел его в боевое положение. Мгновение, и сработавший вышибной заряд отправил реактивный снаряд аккурат в слуховое окно. Взрыв, и из густого облака черного дыма полетели шифер и вмиг вспыхнувшие сухие стропила.

Отбросив ставший ненужным контейнер, он развернулся назад.

Из ворот нескольких домов выбегали полуодетые люди с оружием.

В ход пошел автомат. Потратив половину магазина, он удовлетворенно хмыкнул – все лежали. Денисов с Рязановым уже вбегали в переулок, по которому оставалось пройти не больше полукилометра до засады «краповых беретов». Пришлось выложиться, как на стометровке.

Крики людей на непонятном языке, стук калиток, лай собак в совокупности с треском автоматных очередей быстро усиливались. Однако пока никакого организованного преследования не ощущалось. Еще не пришедшие в себя после сна бандиты метались по аулу, паля в основном в воздух.

Денисов обернулся. В начале переулка появилось с десяток боевиков. Не желая испытывать удачу, он быстро нырнул вниз.

– Ну, как вы? – пригибаясь, подбежал командир «краповых».

Денисов окинул взглядом стену, за которой на удалении десяти-пятнадцати метров друг от друга притаились бойцы, пока еще ничем себя не выдавая, и, показав большой палец, устремился за своими офицерами и Идрисом.

Подпустив «духов» почти вплотную, эмвэдэшники одновременно поднялись и открыли шквальный огонь. Каких-то пять минут боя, и боевики дрогнули. Кто-то укрылся в канаве, некоторые попросту отступили.

– Откат! – скомандовал по цепи старлей, и все двинули вслед за гэрэушниками.

До бронетранспортеров добрались без приключений. Пропуская мимо себя основную команду, бойцы, оставленные в засадах, через некоторое время снимались и двигались следом.