– А почему именно скупщик золота? – удивился Антон.

– Ну, во-первых, я на ходу подробности сочинял, – вздохнул Джабраилов. – А во-вторых, они ведь постоянно имеют дело с большим количеством людей, которые не только золотом занимаются.

– Хорошо, – согласился с ним Антон. – Давай дальше.

– Дальше, как ты инструктировал. Про Спортсмена сказал, о переносных зенитных комплексах. Он спросил, сможем ли мы заниматься этим бизнесом без тебя. Я ответил неопределенно. Он поджимать стал. Как, мол, так, чеченец русского слушается. Давай, говорит, прибирай к рукам его дело. Я спрашиваю: а что с Филином делать? Не твоя, говорит, проблема, из него скоро русского шахида сделают.

– Так и сказал? – Антон навалился спиной на стену.

– Еще намекал, что близится день, о котором с содроганием десятилетия вспоминать будут.

– Что за день? Когда?

– Больше ничего не удалось узнать.

– Хорошо. – Антон задумался.

С того момента как он пообщался с рабочими на стройках, его не покидала мысль, что прибывающие адресно в распоряжение Казбека Нукаева люди имеют какую-то определенную, никак не связанную со строительством цель. Чем-то это напоминало проникновение в девяносто пятом боевиков в Грозный. Если поначалу он сомневался в серьезности своих опасений, то после рассказа Джабраилова они показались ему обоснованными.

– Ты ему как ответил? – неожиданно спросил Антон Вахида.

– Сказал, надо поговорить с остальными. Намекнул на Батаевых.

– Ладно, – Антон с шумом поднялся. – Меня через десять минут Завьялов с деньгами ждет.

Спустя полчаса после того, как за Антоном закрылись двери, со двора послышался шум. Скрипнули тормозами сразу нескольких машин. Захлопали двери. С лестницы донесся топот бегущих людей.

Выключив свет, Джабраилов подошел к окну. Внизу, рядом с их подъездом, стоял милицейский «уазик». На въезде во двор – небольшой автобус, рядом с которым о чем-то переговаривались двое омоновцев в масках. Один из них показал рукой на окна квартиры, в которой они остановились.

– Собирайтесь! Живо! – Он развернулся к сидевшим на диване Шамилю и Исе. – К нам гости.

– Почему ты так решил? – удивился Шамиль, поднимаясь со своего места. – И что, если так?

– Если так, значит, будем играть свою роль до конца! – глухим голосом проговорил Вахид.

В дверь позвонили.

– Иса, закрой шторы, – направляясь в коридор, скомандовал Джабраилов. – Шамиль, срочно сообщи Антону, а потом выйди на связь с Нукаевым. Ты знаешь, что ему говорить.

Вновь раздался длинный звонок, а затем кто-то требовательно постучал в двери.

– Чего надо? – крикнул Вахид.

– Открывайте, проверка паспортного режима! – донеслось с лестничной площадки.

– В России так принято входить в дома, где живут чеченцы? – со злостью в голосе спросил Джабраилов.

– Не откроете, начнем штурм! – ответил уже другой голос.

– Не начнете! – уверенно ответил Вахид, неожиданно успокоившись. – Для этого вам надо будет эвакуировать весь подъезд.

– Надо будет, эвакуируем, – послышался ответ.

– Если заметим, что вы выводите людей, я сразу превращу этот дом в братскую могилу!

– Не блефуйте, – после некоторого замешательства послышался все тот же голос. Однако в нем не было уже той уверенности, что вначале.

– Клянусь Аллахом, – прорычал Вахид, – те, кто выживет, будут жалеть об этом.

– С вами говорит майор Хохлов, – после нескольких минут какой-то возни вновь донесся из-за дверей голос. – Не делайте глупостей. Выходите по одному на лестничную площадку с поднятыми руками.

В коридоре появился Иса. В руке у него был пистолет.

– Я позвонил и Антону, – едва слышно прошептал он. – Он сказал тянуть время и ждать.

– Чего ждать? – удивился Джабраилов.

Иса лишь пожал плечами.

– Хорошо, – собираясь с мыслями, вздохнул Вахид. – Передай Шамилю, пусть сделает муляж взрывного устройства. Там спортивная сумка, забейте ее чем-нибудь тяжелым…

Дождавшись, когда Батаев-младший покинет коридор, он повернулся к дверям:

– Слушай, Хохлов, мы не приведем взрывное устройство в действие, если сейчас ты подгонишь к подъезду одну из машин, которые мы видим в окна!

– Я даю вам три минуты на размышление, – неожиданно охрипшим голосом ответил Хохлов.

– Волнуешься, майор! – рассмеялся Вахид. – А может, войдешь без оружия? Или слабо?

– Войду, – неожиданно согласился милиционер.

– Тогда имей в виду, – Вахид вытер со лба пот, – нас, как тебе известно, здесь трое. Один сидит на чемодане с пластитом. Не рискуй жизнями своих людей.

– Даю слово офицера! – стараясь скрыть волнение, ответили из-за дверей.

Джабраилов натянул на голову маску с прорезями для глаз и знаками дал понять Исе, чтобы они сделали то же самое. Затем открыл оба замка и медленно приоткрыл двери.