Новый взрыв смеха. Он заказал себе еще шампанского. Надо бы угостить девушек, но у него не хватало духа. Времена Ноно ушли безвозвратно.

Мисс Кокс вернулась вприпрыжку. Хороша что сзади, что спереди. Изможденное лицо под черным шлемом волос, подстриженных под Клеопатру, излучало какую-то животную грацию. Если приглядеться, становилось заметно, что наркотики уже подтачивают ее: щеки ввалились, глаза запали. Но красота ее черт, оттененная сумрачным и в то же время сверкающим макияжем, все еще брала верх.

Поравнявшись с Шапленом, она остановилась и улыбнулась ему:

— Что, интересно, о чем мы болтаем?

— Извините?

— Хорош прикидываться, да ты чуть шею не свернул, подслушивая.

Он выдавил улыбку:

— Я… Можно вас угостить?

— Чего ради? Ты из полиции?

Вопрос огорошил его. Ему не удалось их провести. Он сбросил маску.

— Я ищу Лейлу.

— Какую Лейлу?

— Просто Лейлу.

— Ты с ней знаком?

— Нет. Но мне о ней говорили.

Клеопатра одарила его бархатной улыбкой:

— Да вот она.

Шаплен обернулся и в дверном проеме увидел то самое лицо, которым любовался на фото в папках у Саша. Сегодняшний ее образ не имел ничего общего с красивой девушкой с доски почета. Под мышкой огромная сумка от «Шанель», плащ с меховым воротником накинут поверх невинного белого муслинового платья. Это одеяние юной девушки резко контрастировало с волнами сексуальности, исходившими от ее мускулистого тела.

— Лейла, ты прям как звезда, — сказала Клеопатра. — Тут тебя ищет этот парень.

Вновь пришедшая расхохоталась:

— Вот что значит класс, деточка.

Она улыбнулась и в вызывающем реверансе склонилась к Шоплену. Ее декольте действовало, как удар кулаком в лицо.

— Чего желаешь, котик? — Она повела плечами, отчего ее груди мягко колыхнулись. — Кто меня ищет, — прошептала она, лизнув его в ухо, — тот меня находит.

Шаплен попытался сглотнуть. Но напрасно. В паху вспыхнул пожар. Яйца едва не лопались. Он с трудом представлял себе подобное создание на датингах от Саша. Надо думать, в такие вечера мужики просто выстраивались в очередь, дожидаясь, пока она их слопает без перца и соли.

— Я хочу потолковать с тобой о Медине. — Шаплен старался говорить твердо.

Улыбки как не бывало. Лейла выпрямилась. Шаплен поднялся и сцепился с эскорт-девушкой взглядом. Вблизи тени у нее под глазами разили наповал. Две фиолетовые черты, усиливающие жар ее радужек.

— Где Медина? Что с ней случилось?

— Да пошел ты… Мне нет до нее дела.

— Давай поговорим где-нибудь в тихом месте.

— Охренел, урод?

— У меня ствол.

Она взглянула на его ширинку и улыбнулась:

— Оно и видно.

— Кроме шуток.

Арабка смотрела на него недоверчиво. Вызывающего вида как не бывало. Ее товарки изумленно таращились друг на друга.

— На чем ты приехала? — спросил он тоном полицейского.

— На своей тачке.

— Где она?

— На парковке на улице Франциска Первого.

Ее голос звучал резко и отрывисто. От сексуальности не осталось и следа. Словно с ее души внезапно стерли всю косметику. Не спуская глаз с Лейлы, Шаплен бросил сто евро на столик, за которым сидели девушки.

— Я угощаю.

И кивнул на дверь:

— Пошли.

— Курить можно?

— Машина твоя.

— С чего мне начать?

— Лучше всего с начала.

Сидя за рулем, Лейла закурила «Мальборо» и выпустила облачко дыма. Стекла были подняты. Салон «остина» тут же затянуло туманом.

— Мы все подружки.

— У вас одно ремесло?

Улыбка Лейлы смахивала на гримасу.

— Мы актрисы.

— Как скажешь.

— Мы вечно строим какие-то планы. Ради денег или ради карьеры. Больше всего мечтаем о карьере актрисы. Но в Париже ни за что не пробиться.

Она снова глубоко затянулась. Даже причмокнула губами. Свободной рукой она без конца разглаживала свои шелковистые колготки. Шаплен старался не опускать глаз, опасаясь не устоять перед мощным притяжением ее обтянутых черным ляжек.

— У вас есть Софи Барак.

— Свиноматка. Так мы ее зовем между собой. Она нам подкидывала кое-какие делишки, но уж больно стремные.

К Лейле возвращался говор окраин. Словно язык помимо ее воли обретал старые навыки, от которых она недалеко ушла.