Теперь бы научить его воевать, да и самим бы научиться, «обжить», что называется, машину. Для этого и предусмотрены войсковые испытания, и задачи нам Госкомиссией определены – кроме боевых, естественно. Как это там сформулировано в документах, я же помню… ах, да!

Так, секундочку, надо пробежаться взглядом по показаниям приборов… все в норме, можно лететь дальше…

О чем это я? О задании? Да! Если кратко – задание было определено примерно так: «выявить летно-тактические и боевые качества самолета «Як-3» в боях с самолетами противника; проверить эксплуатационные качества и надежность работы самолета и винто-моторной группы в условиях массовой эксплуатации на полевых аэродромах; проверить надежность и безотказность работы вооружения и специального оборудования; на основе полученного опыта внести необходимые изменения и дополнения в инструкцию по эксплуатации самолетов…».

– Внимание, подходим к площадке, – раздалось в наушниках. Это вышел на связь летчик «Пе-2», что шел у нас лидером. А что делать! Истребители, надо честно признать, никогда не были сильны в навигации. Брать на себя ответственность за штурманскую прокладку маршрута перелета под Курск никто из нас не захотел, да и не смог бы этого сделать при всем желании. По крайней мере мне это не дано точно! Так что пришлось просить провожатого, который бы довел нас до нашей новой «точки».

А вот и она. Я чуть положил самолет в крен, рассматривая землю. Да-а, пустовато… Как-то голо. Деревьев мало, лишь кустарник. Много длинных оврагов и каких-то рвов. Сложный рельеф, просто так на пузо не сядешь.

Площадка небольшая, но это ничего… Нас тоже не легион – всего пятнадцать истребителей. И наземный персонал небольшой – уместимся. А вот как маскировать самолеты? Придется поломать голову. Зато многое можно попрятать по оврагам – целее будет в случае авианалета. Тьфу-тьфу, чего это я каркаю? Какой, к черту, налет? Нельзя его допускать даже в мыслях! Чтобы новые истребители на земле пожгли? Да за это меня сразу под трибунал следует отдать! Значит – рассредоточить и самым серьезным образом замаскировать. Необходимо предусмотреть возможность взлета истребителей прямо со стоянок. Нужно еще… Черт! Не о том думаю! Сейчас нужно обеспечить безаварийную посадку. Что там командир телится?

– Удачной посадки, маленькие! Я пошел к себе. – Это попрощался наш лидер. И тебе удачи, проводник!

А вот и Степанов прорезался.

– Первому звену – прикрывать. Остальным – в порядке занимаемого в строю места… парами… произвести посадку!

Уф-ф-ф! Наконец-то! Все целые, здоровые и невредимые. Перелет группы на новое место базирования прошел успешно. Что там на обед придумали? Жалко, что я всего лишь зам по боевой, а пробу каждый день положено снимать нашему врачу. Уже, наверное, мурзится над мозговой косточкой, котяра! Ага – его фамилия Кошкин. Нормальная фамилия, главное – здорово ему подходит.

Так, кто-то лупит в рельс. Тревога? Или на обед зовут? Черт тебя побери, отлегло – это обед!

Рядом с нашей точкой расположен населенный пункт Пузанок. Это даже не деревня – хуторок в степи. Три дома, восемь человек. Странно, что их еще не отселили. Вроде бы должны эвакуировать гражданское население. До Прохоровки километров тридцать пять – тридцать семь. Самая драка там будет, самое побоище. И авиация будет все в пух и прах долбать. Все и вся. Потому-то мы тут и подсели. Может быть – далековато? Ну, ничего. Начнутся бои – мы скакнем поближе. Найдем для себя полянку-то. Аэродром подскока, так сказать. А может, так и надо сделать, а? Децентрализацию? Рассадить звенья по разным площадкам – ведь замаскировать четыре самолета всяко проще, чем пятнадцать. Надо подумать, посмотреть на местности.

А пока мы с командиром группы летим в штаб воздушной армии – представляться начальству.

Прилетели, попросили местное руководство поставить к нашим истребителям часовых, благо соответствующий мандат у подполковника Степанова был. Скинули комбинезоны, достали пилотки из планшетов – и вперед! На штурм командных высот!

Ан, нет! Позвонить надо было, договориться о встрече. Командующий воздушной армией был в войсках и собирался появиться не раньше семнадцати часов. Перед нами встал выбор: или ждать генерала в его штабе, или – слетать за ним самим.

– Ну, что делать будем, Виктор Михайлович?

– Я бы, Иван Артемович, не спешил улетать отсюда. Давайте, пока командующий в частях, походим по службам, по замам. Представимся, поговорим, может, что интересное и услышим.

Что хорошо у летчиков – они все друг друга знают! Ага, как это ни удивительно. Либо заканчивали одно училище, либо служили вместе, либо отдыхали в одном санатории – такое вот впечатление. Ну, Туровцев еще не велика кочка на ровном месте, но вот подполковник Степанов тут же выловил знакомца, состоящего в должности штурмана одной из истребительных авиадивизий армии, и после радостных криков и хлопанья крыльями тот повлек нас в тур по начальникам служб – знакомиться. Дело нужное и полезное. Кому полагается те о нас были наслышаны и руки нам жали с немалым интересом. Часто нам задавали и вопрос: «А чем мы вам можем помочь?»

Я такие вопросы очень люблю, и под добродушную улыбку умудренного жизнью подполковника Степанова пытался хомячить, точно байбак какой. Надо отдать должное – местное начальство действительно старалось нам помочь. Так, например, нам подсказали, где можно найти более подходящее место для базирования группы. Даже с тремя отдельными площадками для звеньев. Обещали дать нам прямую связь с радарной установкой, выделить несколько зениток для прикрытия группы от воздушного налета, помочь в случае необходимости с рейсами транспортного самолета в яковлевское ОКБ – за запчастями и моторами. Большое дело мы с командиром провернули. Многое было решено к взаимному удовольствию сторон, однако командующего воздушной армией все еще не было.