— Подчиниться его желаниям! — воскликнула баронесса, и ее глаза восторженно заблестели. — Когда?

— В тот день, когда я с ним познакомилась, — ответила Кэролайн.

Баронесса понимающе кивнула.

— О да, «следы от бакенбардов». Ты, наверное, отчаянно сопротивлялась, cherie?

Кэролайн удивленно посмотрела на нее.

В этот момент миссис Миллз восторженно произнесла:

— О, вы только послушайте! Он поет мой любимый гимн.

Все присутствующие (в том числе и Джаспер) моментально обратились в слух.

Миссис Миллз, закрыв глаза, наслаждалась любимой мелодией.

— Я так рада, что мы похитили его, — сказала она.

— А вот я совершенно не рада! — проговорила Кэролайн. — Однако он уже у нас, и мы не должны отпускать его до тех пор, пока он не вернет документы на дом. Если же он не сделает этого, то дело всей его жизни… — она замолчала, пытаясь найти нужные слова, — будет уничтожено, разрушено до основания, — сказала она и для пущей убедительности подошла к тому месту, где находилась голова мистера Феррингтона, и изо всей силы топнула ногой.

Прядь волос, выбившись из прически, упала ей на лицо. Она вела себя сейчас не как взрослая, мудрая женщина, а как глупая, взбалмошная девчонка. Однако это совершенно не смущало Кэролайн. Она снова изо всей силы топнула ногой.

В этот момент раздался голос Фредди Пирсона.

— Что же ты сделала?

Поправив прическу, Кэролайн повернулась к двери.

— Фредди, ты? Какой сюрприз! — воскликнула она, испуганно посмотрев на Минерву и ее подруг. — Мы тебя не ждали.

— Это мама настояла на том, чтобы я съездил к тебе, — сказал Фредди, передав Джасперу шляпу. — До нас дошли очень неприятные слухи о тебе, Кэролайн.

— Кто же сообщил вам их? — спросила Кэролайн, боясь услышать ответ.

Фредди проигнорировал ее вопрос.

— А теперь скажи, кого ты похитила? — поинтересовался он.

— Никого, — сказала Кэролайн.

— Мистера Феррингтона, — ни секунды не сомневаясь, произнесла Минерва. — Он сейчас сидит связанный в подвале нашего дома.

Резко повернувшись, Кэролайн изумленно посмотрела на нее.

— Это шутка? — спросил Фредди у Минервы. Однако, увидев, что никто не смеется, испуганно пробормотал: — Значит, правда?

— Да, это правда, — сказала леди Мэри, не скрывая радости. — Мы поймали голубка и скрутили ему крылышки.

— Скрутили крылышки! — изумленно повторил Фредди и посмотрел на Кэролайн. — Что заставило тебя совершить такой возмутительный поступок? Послушай, Кэролайн, если из-за тебя пострадает моя репутация, то я… — Он как всегда замолчал на полуслове.

Фредди решил, что его покрасневшее от негодования лицо и вылезшие из орбит глаза являются более весомым доказательством серьезности его намерений.

— Я пытаюсь вернуть документы на дом, — заявила Кэролайн, гордо вскинув голову. — Помнишь, те самые документы, которые ты проиграл?

— Кэролайн, эти документы принадлежат Феррингтону. Он их выиграл в карты, — сказал Фредди и, прищурившись, посмотрел на нее. — Неужели ты не понимаешь этого? — Фредди сейчас напоминал строгого родителя, который распекает нашалившего ребенка. — Не знаю, зачем я все это тебе объясняю. Это пустая трата времени. — И он направился к двери, ведущей в подвал.

Кэролайн загородила ему дорогу.

— Что ты хочешь сделать? — спросила она.

— Я собираюсь освободить Феррингтона.

Кэролайн запаниковала.

— Ты не можешь освободить его, Фредди! — воскликнула она. — Он сказал, что отведет нас с Минервой к магистрату. Вчера ночью он пообещал сделать это. Ты должен помочь нам.

Фредди моментально оценил ситуацию и понял, что если он вмешается, последствия могут быть самыми ужасными.

— Я не позволю тебе впутывать нас с матерью в свои грязные делишки! — возмутился он. — Ты всегда отстаивала свою независимость, говорила, что сама хочешь распоряжаться своей жизнью. Я думаю, что теперь настал час расплаты за твое вольнодумство. — И он направился в подвал.

Такой поворот событий совсем сбил Кэролайн с толку. Повернувшись к Минерве, она спросила:

— Зачем ты ему все рассказала?

Тетушка плотно сжала губы.

— Потому что я думала, что так будет лучше.

— Ты думала, что так будет лучше? — удивленно повторила Кэролайн, уперев руки в бока. — Что же ты скажешь теперь? Что нам делать?

Однако Минерва не успела ответить на ее вопрос.

— Леди Пирсон, вы дома? — раздался из прихожей женский голос, исполненный благородства и величия. — Дверь была открыта, и мы позволили себе войти.