Шрифт:
Поставив лампу, я дернула сонетку, вызывая ночного портье. Пока я стояла, ожидая ответа на свой неистовый призыв, в замке гостиной послышался скрежет ключа, и дверь распахнулась, пропуская миссис Дивз.
Увидев меня в дверях спальни Викторины, она застыла на месте.
– В чем дело?
Глава одиннадцатая.
Признаться, что не сумела выполнить свой долг, всегда нелегко, а сделать это перед миссис Дивз, которая, как мне было отлично известно, меня недолюбливает, было особенно трудно. Но сейчас речь шла, возможно, о жизни Амели и, конечно, о безопасности Викторины.
Я начала вкратце излагать, но, прежде, чем я успела кончить, она буквально оттолкнула меня, решив, что лучше посмотреть самой.
Я было последовала за ней, но тут раздался стук в дверь, и я впустила коридорного, пришедшего на мой вызов.
– Вызовите врача, и как можно скорее!
– Здесь есть доктор Бич, мэм. Этажом ниже, он живет здесь. Если он у себя…
– Вызовите его. Если его нет, найдите кого-нибудь еще… только быстрее!
– Да, мэм. – Он поспешно удалился. Пухлые пальцы вцепились в мою руку.
– Что вы делаете? – требовательно вопросила миссис Дивз.
– Вызываю врача для Амели. Я уверена, что ее жизнь в опасности.
– Вы что, спятили?! – взвизгнула она. – Не понимаете, что такой скандал может отразиться на репутации Алена? Эта негодяйка набралась наркотиков. Оставьте ее в покое, и она поправится. Но если вы примешаете сюда посторонних, пойдут сплетни…
Я оттолкнула ее руку.
– Вы хоть посмотрели на нее? Я мало знаю о наркотиках, но уверена: она в смертельной опасности. Ей необходима помощь, причем как можно скорее.
Отстранив миссис Дивз, я вернулась к постели. Дыхание Амели стало еще тяжелее даже для моего неискушенного слуха. Мне никогда прежде не приходилось сталкиваться ни с одной серьезной болезнью, но сейчас я была уверена, что Амели в опасности. Миссис Дивз встала против меня с другой стороны постели.
– Вы – законченная дура, и Ален никогда не простит вам! Вы бы сперва подумали, где может быть Викторина, а уж в последнюю очередь беспокоились бы об этой мерзавке. Я собираюсь телеграфировать Алену…
– Ради бога!
Если она думала напугать меня – не важно. Ален нужен здесь. Только ему по силам остановить Д'Лиса. Чего бы я только не отдала, лишь бы он сейчас оказался здесь!
– Будьте уверены, я сообщу ему все, – продолжала она, не обращая внимания, что Амели борется за каждый глоток воздуха, злорадно сверля меня глазами. Но в этот момент меня не волновало, что она ему сообщит, главное – чтобы он приехал.
– Кто-то заболел?
Мы одновременно взглянули на дверь. Там стоял плотный мужчина в парчовом халате, его взъерошенные волосы вздыбились, как петушиный гребень.
– Я – доктор Бич. Ну, леди, в чем дело?
Миссис Дивз быстро отошла от постели, словно отстраняясь от малейшего участия в происходящем.
– Я иду посылать телеграмму. – Она обращалась ко мне, а не к нему. Высоко подняв голову, она прошла мимо него, не произнеся не слова.
Доктор наблюдал ее маневр с некоторым удивлением, затем повернулся ко мне.
– А теперь, юная леди, скажите, в чем же дело? Я объяснила, пока он быстро осматривал Амели.
– Да, она отравлена наркотиком, – согласился он. – Нужен горячий кофе, как можно больше. Нужно поднять ее, заставить ходить, даже если придется тащить ее волоком – лишь бы она двигалась. Я не знаю этот наркотик, но симптомы позволяют предположить какое-то снотворное, причем в лошадиной дозе.
– Я приготовлю кофе, мисс Тамарис!
Вздрогнув, я оглянулась. Вернулась Фентон, и никого на свете я бы не была так рада видеть. При взгляде не ее угловатую нескладную фигуру у меня сразу полегчало на душе. Я знала, что мы не дождемся ни малейшей помощи от миссис Дивз, но Фентон могла оказаться надежной опорой до приезда Алена.
Хотя Амели была в опасности, я не могла позволить себе забыть о Викторине. Куда она сбежала, с кем? Возможно, с каждым мгновением, что мы тратили на борьбу за жизнь Амели, ее безрассудная юная хозяйка все дальше удаляется от нас. Однако я не знала, что еще можно предпринять. Возможно, когда Амели придет в себя, она сообщит нам какие-то полезные сведения.
Мы боролись за нее несколько последующих часов, силой вливая черный кофе ей в горло. После первой же чашки ее жестоко вырвало, но доктор сказал, что это обнадеживает.
– Пусть извергнет хоть часть отравы, – объяснил он. Фентон очень помогла нам, а вот миссис Дивз мы так и не увидели. Нам пришлось тяжело потрудиться, поскольку двое из нас постоянно водили Амели по комнате. Она стонала и вяло отбивалась. Однако, я сомневалась, что она сознает свое положение. Время от времени она открывала глаза, но нас, судя по всему, не узнавала. Или притворялась, имея на это свои причины?