— Этот ваш самостоятельный проект… — задумчиво роизнес Дерек. — Он как-то связан с телевидением?

— Со временем мы выйдем и на этот уровень, — ответила Энн. — Но нам будет значительно проще добиться успеха, если мы начнем с газет и журналов. — Она смущенно добавила: — У нас, к сожалению, не так много средств.

— А вам много и не понадобится, — сказал Дерек. — придется тратиться только на поездки и телефонные переговоры. Ну… еще придется купить компьютер. Но помните, — тут Дерек хлопнул себя ладонью по лбу, — ваш главный компьютер — это голова. — С минуту помолчав, и спросил: — А вы точно уволились со студии?

Джастин кивнул.

— Не хотим принимать участие в избирательной кампании Грира.

— В день, когда Грир должен был объявить о начале своей избирательной кампании, пришел приказ всем работникам студии собраться в зале для заседаний, — подала голос Энн. — Мы с Джастином как об этом услышали, так разу поняли, что пора уходить. — Она посмотрела на Дерека. — Честно говоря, после того, как вы побывали у нас в ноябре, обстановка на студии стала накаляться.

— А я-то здесь при чем? — спросил Дерек тихим, каким-то неживым голосом.

— Вы явились наглядным примером, что происходит с теми, кто не хочет придерживаться принятой руководством линии. — Переглянувшись с Джастином, Энн заговорила: — Возможно, мы не знаем всех деталей и уж тем более не имеем доказательств, но не сомневаемся, что к вашему осуждению приложил руку Грир. Так думают на студии многие. Никто не знает, как ему удалось засадить вас за решетку и зачем он это сделал, но все обвиняют в этом Грира.

— Мы не просим, конечно, чтобы вы нам об этом рассказали… — вмешался Джастин. — Но мы рады будем вам помочь… если вы вдруг решите разделаться с Гриром.

В комнате установилась тишина. Все напряженно ждали, что скажет Дерек. Когда же он наконец заговорил, голос его звучал глухо и невыразительно, хотя временами едва заметно подрагивал от сдерживаемого напряжения.

— Стало быть, после моего приезда на студии состоялся серьезный разговор?

— То-то и оно, что серьезного разговора не получилось, хотя на студии обычно часами болтают о всяких пустяках, — ответила Энн. — Похоже, никто из присутствующих не знал, кому можно доверять, а кому — нет.

— Мы могли гадать сколько угодно, кто из наших был замешан в этом деле, — добавил Джастин, — но доказательств у нас не было. К примеру, Джонни Ходендес, вечно бравший у коллег взаймы, неожиданно приобрел себе загородный дом. Хотя он и говорил, что получил деньги в наследство, кто может за это поручиться? Ходили также слухи, что назначение Сюзанны Лайонс ведущей на телевидении Чарльстона явилось следствием того, что она переспала с местным продюсером, но, опять же, никто не смог бы утверждать этого со всей уверенностью.

Губы у Дерека были плотно сжаты, и лишь игравшие у него на скулах желваки выдавали охватившее его волнение.

— Мы готовы на вас работать, — повторил свое предложение Джастин. — Скажите только слово, и мы с Энн сразу примемся за дело. Должны же быть свидетельства того, что Грир вас подставил. Если не это, его можно прижать как-то иначе. Мне не верится, что этот тип такой уж непотопляемый, каким хочет казаться.

Энн горячо поддержала его:

— Но без вашего руководства нам не обойтись. Есть же у вас какие-то подозрения, догадки. Мы согласны делать всю черновую работу, скажите лишь, в каком направлении нам продвигаться и что искать.

Дерек знал, что самое разумное — отправить этих настырных молодых людей обратно в Нью-Йорк. Уж слишком близко они подобрались к его тайне — тому ненавистно-заветному, что принадлежало ему одному. Это была его боль, его печаль, его война. Кроме того, они не представляли себе, какие опасности могли быть сопряжены с этим делом. Если бы Сабрина не сидела с ним рядом, он обрисовал бы их самыми черными красками.

Могло статься, однако, что Энн и Джастину на опасности наплевать. Они были молоды и отчаянны. Кто знает? Возможно, если бы он рассказал им правду о том, что с ним случилось, они прониклись бы к Гриру еще большей ненавистью.

— Полагаю, — со вздохом сказал Дерек, — что вы, ребята, несколько забегаете вперед. Насколько я понимаю, вы явились сюда прежде всего потому, что решили начать собственный проект?

— Считайте, мы его уже начали, — сказал Джастин, а Энн добавила:

— Мы просто подумали, что драматические события вашей жизни могли бы стать темой нашего первого репортажа.

— Вы опоздали. У меня уже есть биограф.

Две пары глаз мгновенно обратились к Сабрине, которая не приминула пожаловаться: