— Ну… я знал, что ты справишься. Ты ведь привыкла иметь дело с врачами.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Хочу сказать, что тебе нравится все, что связано с врачами и медициной. Только и делаешь, что носишься от одного специалиста к другому. Ты таскаешь Ники по врачам, пользуясь для этого милейшим предлогом.

— Я таскаю его по врачам, поскольку, кроме меня, это некому сделать. Ведь тебя никогда нет дома!

Николас поставил стакан на кофейный столик и посмотрел на жену.

— Да, я редко бываю дома. Потому что эти стены действуют на меня угнетающе. Если молчит Ники, то стонешь ты — и наоборот. Я от всего этого устал, Сабрина. Как говорится, изрядно всего этого хлебнул, но больше не хочу.

— Слова Николаса больно ранили ее. Но еще больше уязвляли его вид, его взгляд и тон, сама манера себя вести.

— Извини, что ты сказал? — спросила она прерывающимся от волнения голосом.

— Ты все слышала. — Николас спустил ноги со стола на пол. — Короче говоря, я собираюсь от тебя съехать. Я вернулся сегодня домой довольно рано и сразу стал паковать чемоданы.

Сердце у Сабрины колотилось как сумасшедшее. Опасась, что ей станет дурно, она торопливо прошла в комнаату и опустилась в кресло.

Николас следил за каждым ее движением. В отлиличие от Джей Би, чей взгляд, хотя и равнодушный, опасности не сулил, взгляд Николаса прожигал ёе насквозь.

— Все кончено, Сабрина. Наш брак приказал долго жить. Ты сама часто на это намекала, просто у тебя никогда не хватало смелости сказать об этом в открытукую. Повторяю еще раз — я, Сабрина, от тебя ухожу.

— Вот так просто?

— Вот гак просто.

Сабриніа была в шоке. Конечно, она думала о разводе. В глубине души она не сомневалась, что их с Николасом брак этим и закончится. Но не ожидала, что это произизойдет вот так. Более того, она всегда думала, что это она уйдет от Николаса, а не наоборот.

— Вот уж не думала, что жизнь со мной кажетсяся тебе такой ужасной.

— Она не всегда была ужасной. У нас были и хорошие времена. Но они закончились, когда Ники сделался твоим идолом. Ты стала слишком с ним носиться, а он, чувствуя твою чрезмерную заботу, разбаловался и стал капризничать. А я не в состоянии жить, постоянно слыша нытятье.

— Ты сейчас говоришь обо мне или о Ники?

— И о тебе, и о Ники.

— Многих неприятных вещей можно было избежать. ели бы ты мне помогал…

— Помотал? Но как? Я не могу вместо работы сидеть дома и менять ребенку подгузники. А если бы даже и и мог, то не стал бы этого делать, поскольку не имею такого желания. Если бы у тебя хоть что-нибудь было в голове, то после рождения Ники ты бы вернулась к работе. Тогда бы тебе не пришлось сидеть с ним рядом, анализируя малейшее его движение или каждый издаваемый им звук. Ты бы не считала доктора Спока мессией и началом всех начал, и не сравнивала постоянно Ники с другими детьми.

— Погоди, Николас, — сказала Сабрина дрожащимім голосом. — Если мне не изменяет память, мы договорились, что на протяжении полугода я буду заниматься исключительно Ники. Помнится, ты желал этого не менее страстно, чем я. При всем том я ни о чем дурном тогда не помышляла и вовсе не тряслась над ним, как ты пытаешься сейчас это показать. Беспокоиться о нем я начала через три месяца после родов, когда окончательно выяснилось, что с ним что-то нетак. Скажи мне, только честно, можно ли сейчас назвать Ники нормальным?

— Нет, — коротко ответил Николас.

— Ну вот! Ты сам только что признал, что проблема существует!

Николас с нескрываемым презрением посмотрел на жену.

— Видела бы ты себя в эту минуту! Как можно злорадствовать по такому поводу?

— Ник, я не злорадствую. Просто твое признание для меня дорогого стоит. Уж коли ты признал, что состояние у Ники тяжелое, быть может, сделаешь хоть что-нибудь, чтобы помочь ребенку и мне?

— Ты что — посоветоваться со мной решила? Думаешь, я растаю и с тобой останусь? Да черта с два! Ведь есть еще Ники. Он-то по-прежнему будет жить здесь.

— Для таких дегей, как он, существуют специальные учреждения…

— Не хочу даже об этом думать!

— Целых три года я пыталась привести Ники в норму, — торопливо заговорила Сабрина, не слушая мужа. — Чего я только не перепробовала, но ничего не помогло. Ребенок не развивается умственно и физически и лишь увеличивается в размерах. Между тем существуют отличные частные приюты, где детям обеспечивают необходимые уход и заботу. Один такой детский центр находится в Вермонте, я там была, там хорошие условия. Поверь, мне самой не хочется это делать, но это единственный приемлемый выход из создавшегося положения.