У нее над головой просвистела пуля, и она нырнула под шасси транспортника.

Она увидела человека, который в нее целится, убила его, а потом и его приятеля, нагнувшегося, чтобы поднять оружие.

После этого мимо нее стали проноситься серые силуэты, и в воздух взвились копья, находя и поражая цели.

Зазвучали выстрелы — как из древних пистолетов, так и из современных бластеров, снятых с трупов бандитов.

Начали выть на все лады сирены, и отовсюду как муравьи посыпались мужчины и женщины.

Примерно этого она и ожидала, подсчитав, что у Маргатроида совсем не много опытных солдат. Большинство же составляли подсобники, корабельные механики, кухарки-служанки — куда им победить в рукопашном бою орду дикарей.

Заорали громкоговорители, а для пущего беспорядка Рисс сбила два из них со стен. От одного пошел дым. Рисс послала два заряда в сторону мастерских, потом перевернулась и бросилась в сторону, когда два человека выстрелили в нее. Она чуть приподнялась, и рядом ударила в бетон пуля.

Рисс еще раз перевернулась, стреляя почти наугад, и увидела, что кто-то торопливо возвращается по трапу в транспортный корабль. Она выстрелила в него, но промахнулась.

Но где же чертов Гуднайт? Она надеялась, что ни она, ни тролли этого прохвоста не застрелили. Несмотря на рев сирен, она услышала два объявления: «Пожар в хранилище горюче-смазочных материалов» и «Всему персоналу приготовиться к эвакуации».

Один из троллей несколько секунд смотрел на Рисс вопрошающим взглядом, а потом макушку его — или ее — головы словно срезало. Другой тролль жалобно вскрикнул, куда-то не глядя выстрелил, а потом упал и скорчился, тоже убитый.

Рисс увидела стрелявшего, пробила ему грудь и побежала к трапу транспортного корабля. Она в мгновение ока по нему поднялась — внизу становилось жарковато.

Мичел некогда было смотреть на людей, штурмующих трапы крейсера; она едва успела вскочить в транспортный корабль, как двери его шлюза с шипением закрылись.

Вспомнив военные учения своей юности, она инстинктивно бросилась в носовую часть корабля. Кто-то сбоку высунул голову, вскрикнул от ужаса и упал мертвым после выстрела Рисс.

Скоро она была вблизи от пульта управления, там четверо мужчин и женщин раскрыли рты, чтобы взмолиться о пощаде или закричать, предостерегая своих.

Она прошила их очередью и побежала через дергающиеся в конвульсиях тела. Впереди был пульт управления, и в кресле пилота сидел человек. Она застрелила и его.

Рисс посмотрела на панель управления, надеясь увидеть знакомые приборы или хотя бы пульт управления вооружением, которое можно было бы применить для поддержки атакующих троллей.

Но приборы были неизвестны, и Рисс решила, что любое разрушение будет на пользу делу. После этого она прицелилась в панель управления, нажала на спусковой крючок, но выстрела не было. Она поняла, что на базе уже израсходовала больше двухсот зарядов.

Она поменяла магазин и дала очередь по кабине управления.

На корабле тотчас взвыли сирены, а панель приборов, радуя глаз, замигала красными лампочками. Потом корабль резко накренился — подломилась одна из стоек-шасси. Корабль рухнул на палубу ангара, и Мичел выбросило из кресла.

Она тут же вскочила и подумала, что это слишком пустяковое происшествие для такой резвой девочки, и бросилась к воздушному шлюзу.

Если на корабле и оставался кто-то живой, то предпочитал не высовывать носа.

Шлюз был закрыт, но Рисс высадила с помощью бластера крышку аварийного пульта управления, и двери со скрипом открылись.

Чес Гуднайт сидел скрючившись в туннеле ангара над крейсером и подсчитывал свои шансы на спасение. Иногда он для виду постреливал по серым, всякий раз нарочно промахиваясь на метр.

В другом конце тоннеля лежали пластом Зигфрид и еще трое солдат, целясь и стреляя.

Громкоговорители орали, приказывая эвакуироваться, и Гуднайт ничего не имел против того, чтобы спасти свою задницу. Он лишь ждал удобного момента для броска к крейсеру.

Ситуация, что ни говори, глупая. Если он откроет огонь до пиратам, кто-то из них наверняка пристрелит его самого. Не говоря уже о том, что серые вряд ли догадываются, что он на их стороне — увидев его, сразу закидают копьями.

Поэтому, он постреливал мимо и размышлял.