Он резко повернулся, услышав знакомый голос, и Фрейя увидела до боли знакомого фир-болга, которого она уже и не чаяла встретить.

– Спайк?! Вот это неожиданность! Ты король фир-болгов?! – воскликнула радостно Фрейя, затем опустилась на колени и крепко его обняла.

– Да, моя принцесса. Мне фир-болгами была оказана великая честь. Я стал королём Южного подземелья и предводителем племени Тара, – при этих словах Спайк гордо продемонстрировал на своей груди символ власти.

– Хвала Посейдону, что ты остался жив и невредим. Я очень рада, что ты стал королём фир-болгов. Ты это заслужил. Позже мы обязательно с тобой побеседуем о твоём триумфальном возвращении. А сейчас, извини, мне нужно срочно повидать королеву амазонок, Мерину, – принцесса поднялась с колен, мило улыбнулась Спайку и направилась в свою палатку.

Вдруг рядом с фир-болгами появились леопарды. Фил одним прыжком преодолел небольшое расстояние и оказался в объятиях Спайка.

– Как я рад тебя видеть, – счастливо прошептал новоиспеченный король. Дикая кошка, мурлыкая, тёрлась своей мордочкой об его руку.

Фир-болги ошеломлённо наблюдали эту картину, а Спайк ещё больше вырос в их глазах. Они с глубоким почтением смотрели на него, радуясь, что теперь им не страшны ни дикие звери, ни цари Атлантиды. Сам король Южного подземелья состоит с ними в дружеских отношениях.

Фрейя вошла в палатку и увидела лежащую на кровати Мерину. Перед ней стоял Осирис в пурпурных одеяниях, с посохом в руке, что-то бормоча себе под нос. Кристаллы, светившие приглушённым блеском и обладающие целебным действием, лежали недалеко от головы, на груди и в ногах королевы Мерины. Мелисса и другие воительницы из высшего совета амазонок в полном составе стояли рядом с кроватью, морально поддерживая свою предводительницу.

Как только принцесса вошла, Осирис быстро подошёл к ней и обнял. Кристаллы светились менее отчётливо, но не приостанавливали лечение.

– Фрейя! Как хорошо, что ты смогла выжить в этой кровавой битве. Я очень рад тебя видеть живой и здоровой.

– Я тоже рада тебя видеть, мой друг. Как она? – шёпотом произнесла Фрейя, и подошла поближе к Мерине.

Королева медленно открыла глаза и еле слышно пробормотала:

– Я в порядке. Вы их истребили?

– Почти. Некоторые укрылись в лесу, но монстры в любом случае погибнут. Не зная расположения местности, они быстро попадут в лапы диким зверям или в руки местных жителей.

– Это хорошо, – еле слышно прошептала Мерина и закрыла глаза, не в силах далее бороться со смертельной раной. Все обеспокоено взглянули на королеву. Фрейя умоляющим взглядом глянула на Осириса.

– Я прошу всех, кроме принцессы, выйти, – решительно произнёс верховный жрец белых магов.

Все амазонки повиновались его просьбе, и вышли из палатки.

– Раны глубокие, задеты жизненно-важные органы, – продолжил Осирис, после того как они остались одни.

– Королева потеряла много крови, поэтому ей осталось жить недолго. Я подумал, что ты захочешь с ней проститься.

Фрейя сразу же побледнела от услышанной новости и присела на кровать. Принцесса взяла за руку королеву амазонок и шёпотом стала ей говорить о том, что давно хотела сказать:

– Мне очень жаль, что всё так получилось. Мигера смогла всё же тебя смертельно ранить. Я отомстила за тебя и за своего отца. Теперь тело королевы горгон, наверное, обгладывают голодные звери и я этому очень рада. Она заслужила это, – Фрейя глубоко вздохнула, смахнула горькую слезу, бежавшую по её щеке, и продолжила:

– Моя подруга! Я очень рада, что судьба свела нас вместе. До знакомства с тобой я была уверенна, что все амазонки и горгоны такие же, как и Мигера – жестокие и кровожадные воительницы, для которых нет ни чести, ни совести, ни правил, но теперь я прекрасно понимаю, что ты и твои соратницы не такие. Для Вас закон воинской чести также важен, как и для нас. Ты была хорошей подругой не только для меня, но и для всех амазонок.

Королева безжизненными глазами посмотрела на принцессу, и слабым голосом произнесла:

– Судьба была благосклонна ко мне. К сожалению, я эту битву проиграла. Месть погубила меня. Всё, что было дорого для меня, теперь не имеет никакого значения. Я умираю…., кроме шрамов на своем теле я ничего не приобрела…… а я так хотела любить и быть любимой, как обычная простая женщина, хотела стать матерью, женой…… а теперь в свои 49 лет моя жизнь обрывается, а я ничего не успела сделать…

– Я прошу тебя, не говори так! Ты великая женщина и стала матерью для многих обездоленных сирот, девушек которые только благодаря тебе стали прекрасными воительницами. Я уверенна, что о тебе будут слагать легенды. Ты станешь для будущих поколений бессмертной. Они сохранят память о тебе и пронесут её через века! – принцесса с трудом сглотнула комок, подступивший к горлу, и дрожащим голосом добавила: