Потянув носом, он почувствовал сильный едкий запах. Ну надо же было улечься прямо на заросли черемши, или медвежьего лука, как называют эту пахучую траву медведи! В суматохе Токло раздавил нежные листочки своими лапами и теперь не чувствовал никаких других запахов, кроме чесночного.

Он не мог учуять приближение плосколицых, зато они могли в любой момент незамеченными подобраться к нему.

За спиной у Токло что-то хрустнуло, и он затравленно обернулся, вглядываясь в сумерки. Что делать? Оставаться здесь или бежать?

Он стал осторожно отползать в заросли, и высокая трава смыкалась у него перед носом. Может быть, ему посчастливится незамеченным уползти отсюда? Токло не знал, насколько хорошо у плосколицых развито обоняние, но если они используют нюх во время охоты, то чесночный дух сослужит им плохую службу, поскольку полностью заглушает запах гризли.

Так он полз по траве, вздрагивая от каждого плеска болотной воды под лапами. Он старался держаться как можно ближе к земле, сливаясь с густыми косматыми тенями вокруг. Вскоре сквозь заросли он увидел сосновую рощу, высившуюся на другом краю долины. Лусы и Уджурака нигде не было, зато он увидел Каллик, убегавшую к деревьям сразу от двоих плосколицых.

Токло вытянул шею, отчаянно пытаясь поймать хоть какой-нибудь запах, кроме запаха проклятой черемши. Внезапно в нос ему ударил кислый, холодный запах металла…

Плосколицые!

Он повернулся, чтобы убежать.

В тот же миг огромная сверкающая паутина обрушилась на него сверху, опрокинув на землю. Токло забился, но лапы его только еще плотнее запутались в колючих стеблях, больно расцарапавших ему морду.

Он попался в ловушку плосколицых!

Тусклый утренний свет медленно растекался над долиной, а медвежата все сидели и ждали. Луса взобралась на дерево, чтобы первой увидеть возвращающегося Токло. Уджурак нетерпеливо расхаживал взад-вперед под деревом, царапая землю и грозно скаля зубы.

Каллик не знала, что ей делать. В животе у нее громко урчало от страха. Неужели им придется идти дальше без Токло? Если он погиб… то они будут напрасно рисковать жизнью, пытаясь разыскать его.

Но если он жив, то они должны его найти. Они не могут бросить Токло — храброго и преданного Токло, который всю дорогу так мужественно заботился о них!

— Я возвращаюсь, — сказал Уджурак, останавливаясь перед ней и с вызовом глядя ей в глаза.

— Хорошо. Я пойду с тобой, — ответила Каллик, и Уджурак с облегчением кивнул.

Ветки зашуршали у них над головой, и Луса поспешно слезла вниз.

— Я тоже иду с вами!

— Нет, ты останешься здесь! — воскликнула Каллик, с тревогой обнюхивая подругу. Она чувствовала запах крови и паленой шерсти, исходивший от ее шкуры. Неужели Лусу ранили из огненной палки?

— Что? — взвизгнула Луса. — Ни за что! Я тоже хочу искать Токло!

— Но ты ранена, — возразила Каллик. — От тебя пахнет кровью. В тебя попали из огненной палки, да? Луса, я же знаю, что тебе сейчас очень больно, хоть ты и стараешься не подавать виду!

Помолчав, Луса понурила голову и сказала:

— Мне в плечо попал смертельный камешек, но это пустяки! Мне не очень больно. И потом, из всех вас я самая бесшумная! Я смогу тихонько прокрасться туда, куда вы ни за что не пролезете. Вы без меня не обойдетесь!

Каллик открыла было рот, чтобы напомнить Лусе, что Уджурак может запросто превратиться в какое-нибудь бесшумное животное и проползти под самым носом у плосколицых, но тут Луса отчаянно взмолилась:

— Не бросайте меня тут, пожалуйста! Я лучше погибну, спасая Токло, чем буду сидеть тут на дереве и терзаться неизвестностью. Ты должна меня понять, Каллик! Вспомни, как вы разлучились с Таккиком, и ты даже не знала, жив ли он! Помнишь, как это было ужасно? Пожалуйста, не заставляй меня испытать это!

Каллик со вздохом посмотрела на Уджурака.

— Пусть идет, — ответил тот. — Если медведь хочет быть храбрым, это его право.

Луса с благодарностью посмотрела на маленького гризли.

— Ладно, — согласилась Каллик. — Идем. Только будь осторожна, Луса. И если твоя рана снова начнет кровоточить, тебе все-таки придется остановиться.

Пока было возможно, они старались держаться под деревьями. Сосновые иглы тихонько шуршали на ветру, и Каллик казалось, будто она слышит в этом шорохе чьи-то тихие голоса. Может быть, это духи деревьев смотрят на них с высоты? Каллик посмотрела на затянутое тучами небо.