— Отопление включено, — определил Бигмаус, коснувшись трубы. — Куда все подевались?

— Глянь, может, приборы что подскажут, — отозвался он, оглядывая консоли.

Убрав пистолет, Бигмаус сел в кресло перед центральным компьютером. Бросив взгляд на консоль над ним, он открыл приборную панель и вставил еще один зарядный стержень. Монитор на самом верху консоли засветился. Бигмаус просматривал сводки погоды, температурные графики, таблицы с данными по измерениям осадков.

Из коридора все еще слышалось, как бьется жук о тонированный плафон лампы.

— Ищи журнал, — велел он.

— Ищу, — отозвался Бигмаус.

Он вышел из помещения. Рядом с аппаратной находилась кладовая с припасами. Все полки были уставлены консервами, крупами и прочей бакалеей. За другой дверью он обнаружил ванную с душевыми кабинками, раковинами и зеркалом. Пахло хлоркой, аромат которой должен был отбить запах сырости и вонь из заполненного до краев резервуара для предварительной очистки сточных вод. Окна, забранные мелкой проволочной сеткой, казались прямоугольниками бледного дневного света. Сетка и подоконники были усеяны мертвыми жуками.

Он сразу же вышел оттуда. Широкий темный колодец коридора тянулся дальше — к механическим мастерским, за которыми находилась электростанция, откуда доносилось непрекращающееся гудение. В очередной раз, проглотив страх и желчь, он использовал сервосистему, чтобы держать оружие в постоянной готовности.

Инструменты висели и лежали на специальном щите с надписями от руки. Над автоматизированным рабочим местом болтались цепи подъемника. Смотровая яма напоминала свежевырытую могилу, из которой густо пахло машинным маслом. С улицы в мастерские также вела навесная герметичная дверь, в настоящий момент крепко запертая, через которую транспорт небольшого и среднего размера можно было закатить внутрь по бетонному пандусу.

Несмотря на сервосистему, руки у него все равно дрожали.

— Хватит, — прошептал он. — Хватит так со мной поступать.

Легким щелчком он активировал базу целей и включил подачу информации на линзы. В мастерских он был не один. Жужжал аварийный генератор. Дверной проем — желтый цвет. Раздевалка — желтый цвет. Тени в смотровой яме — оранжевый цвет. Дверь в коридор — желтый цвет.

Движение — красный цвет.

Он хотел выкрикнуть предупреждение, но содержимое желудка снова заполнило рот. Чувство было такое, будто сердце вот-вот разорвется.

Он выстрелил.

Отдача от двух оглушительных выстрелов ударила в запястье. Он чуть не задохнулся от едких газов, от которых защипало лицо. Вспышки выстрелов были такими яркими, что на антибликах автоматически включилось тонирование. Во что-то попал. Стена напротив взорвалась. Щит зашатался, один его угол покосился, и он боком повалился на АРМ, вызвав шумную лавину гаечных ключей, клещей, молотков, ножовок. Гвозди и шайбы запрыгали по полу и, как монетки, покатились во все стороны.

Секунду Нес стоял, моргая, по-прежнему сжимая в руке ПП и целясь, в ушах звенело. Пороховые газы заслоняли дневной свет. Последняя катившаяся гайка наконец остановилась.

— Блум? Блум!

Бигмаус, по рации. Также он слышал его голос вживую, когда тот бросился, круша все на своем пути, из аппаратной.

Он с трудом сглотнул.

— Порядок! — прокричал он, все еще не опуская ПП.

Бигмаус с трудом пробрался в мастерские, даже не успев достать оружие.

— Мать твою! Что тут произошло? — спросил он.

— Порядок, — ответил он. Казалось, он позабыл все остальные слова.

— Был контакт? Ты получил цель?

— Да.

— Во что, мать твою, ты стрелял?

Навесная герметичная дверь с лязгом распахнулась, впустив внутрь дневной свет и мокрый запах дождя. В квадрате света на пороге стояли Стаблер и Прибен, готовые в любой момент открыть огонь.

— Порядок! — сказал он им.

Они осторожно опустили оружие. До него от двери, где только что был замок, доплыл запах горелого металла.

— Какого черта тут происходит? — спросила Стаблер, входя в помещение. — Нес?

— Он начал стрельбу, — произнес Бигмаус.

— Был контакт, — сказал он. — Я видел цель. В этом дверном проеме.

— Здесь ничего нет, — проговорила Стаблер.

Она посмотрела на Бигмауса. Тот в ответ только покачал головой.

— Там было движение. Прямо передо мной. Я видел человеческую фигуру. Видел оружие.

Он смотрел на них троих. Страх внутри его свернулся кольцом, как змея, кусающая себя за хвост. Выражения их лиц ему не нравились.