Салли будет вне себя от ярости.

Когда я вернулся в офис, Салли плакала.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказал я.

— Я уже все слышала. — Салли даже не посмотрела в мою сторону.

— Салли, зайди ко мне в кабинет.

— Катись к черту! — бросила она.

— Проклятие! Пойдем ко мне. — Я осторожно взял ее за руку, провел в кабинет и усадил на стул. Вместо того чтобы усесться за стол, я взял еще один стул и сел напротив нее.

— Тео говорит, что ты отрезал ему эту штуковину, — начала она. — С бампера.

— Так вот из-за чего он расстроился?

— И он сказал, ты ударил его. Как ты мог? Как ты мог ударить его?

— Слушай, Салли, он на меня замахнулся. Я защищался. — Я не стал рассказывать, как спровоцировал его, а лишь взял пару бумажных платков и протянул ей. — Вот, приведи себя в порядок.

Она промокнула глаза и высморкалась.

— Элфи уже звонил тебе, да?

Я кивнул.

— И что он сказал?

— Электрощиток не соответствовал стандарту. Это был мусор. Дешевая подделка.

— И ты винишь во всем Тео?

— Салли, он выполнял эту работу.

Салли сжала в руках платок.

— Но это не означает, что он виноват. Возможно, кто-то продал ему подделку, а он не заметил разницы.

— Салли, пойми, мне очень жаль. Мне грустно от того, что это так сильно тебя задевает, ведь я о тебе высокого мнения. Ты знаешь, мы с Шейлой всегда тебя очень ценили. Келли обожает тебя. Я так старался поверить в невиновность Тео, поскольку видел, как много он для тебя значит, но…

— Не знаю.

— Чего ты не знаешь?

— Я не знаю, действительно ли он так много для меня значит. Но сейчас он — все, что у меня есть.

— Так вот, послушай, ты должна кое-что понять. Салли, я лишь пытаюсь защитить себя и свою компанию, а также людей вроде тебя, которые на меня работают. И если кто-то выполняет работу ненадлежащим образом, это ставит под удар всех нас и может повлечь за собой судебные разбирательства, поскольку в результате такой деятельности могут погибнуть люди. И я должен заявить об этом во всеуслышание. Сделать то, что я сейчас делаю. — Я положил руку ей на плечо. — Но мне очень жаль, что я при этом причиняю тебе боль.

Она кивнула и снова промокнула глаза.

— Ну конечно.

— Я понимаю, как тебе сейчас тяжело без отца. У тебя больше нет родных, помочь тебе некому.

— Он был просто… сначала все было нормально, а потом он внезапно умер.

— Да, — сказал я, — это трудно пережить. Вспомни моего отца. Он как ни в чем не бывало разгружал доски, но вдруг упал и умер.

Салли снова кивнула.

— Ты был там, — сказала она.

— Да, я был с ним, когда он умер.

— Нет. Я имею в виду, на похоронах моего отца. Я не могла поверить своим глазам, когда увидела тебя на похоронах.

— Салли, я не мог оставить тебя одну наедине с твоим горем.

— Да, но ты тоже готовился к похоронам. Я до сих пор переживаю.

— Из-за чего?

— Я не пришла на похороны Шейлы.

— Тебе не стоит волноваться по этому поводу.

— Нет. Все равно мне нехорошо. Если ты был на похоронах моего отца, почему я не смогла проститься с твоей женой на следующий день?

— Тебе было тяжело, — сказал я. — Ты еще совсем ребенок. Не обижайся. Ты повзрослеешь и научишься справляться со своими несчастьями. — Я даже попытался шутить: — Научишься с ними драться.

— Мне всегда казалось, что в нашем офисе я была мастером на все руки. — Ее глаза снова наполнились слезами. — «Поручите это Салли, она же умудряется выполнять сто дел одновременно». Наверное, это не всегда оказывалось правдой. — Снова промокнув глаза, она спросила: — С Тео все кончено? Он сможет когда-нибудь найти работу в этих местах?

— Не знаю.

— Но ты говорил, что хочешь уничтожить его…

Я пристально посмотрел на нее.

— Он сам себя уничтожил.

Очевидно, мои слова сильно ее задели. Салли резко вскочила.

— Знаешь, Глен, таких людей, как ты, трудно любить. Иногда ты ведешь себя как последний подонок. Теперь нам придется переехать, и я буду вынуждена искать себе другую работу. — Она вылетела из моего кабинета, бросив на ходу: — Надеюсь, ты счастлив!

По правде говоря, я меньше всего был похож на счастливого человека.