Рем не смотрел, как они падают, а рванул к бункеру, сооруженному посреди крыши. Его бронированная дверь наверняка была заперта, но это не представляло никакой сложности для штурмовой группы. К тому же приказы не требовались: еще до высадки Рем проинструктировал своих людей, и теперь каждый из них знал свою задачу и задачи братьев. Если кто-то погибнет, другой выполнит работу за него.

Рем устремился вперед, крепко прижимая к себе болтер. С других зданий до него доносились звуки боя: громкие хлопки болтеров и свистящий рев вражеских огнеметов. Он скривил губы в презрительной усмешке — подобное оружие могло бы напугать скопище ксеносов, но для воинов в лучших доспехах, доведенных до совершенства оружейниками Макрагге, оно не представляло опасности.

Сержант Аркон и брат Пилера подскочили к бронированной двери. С быстротой опытнейших саперов они пристроили к петлям и замку взрывные устройства. Потом, размотав детонационный кабель, заняли места по обе стороны двери. По знаку Рема беззвучный цифровой сигнал подорвал заряды, и дверь ушла внутрь, словно от удара исполинского кулака. Рем и Баркха бросились вперед и ударили по ней ногами. Металл согнулся, сложившись почти пополам под воздействием чудовищной силы.

Искореженная дверь отскочила, но прежде, чем она успела упасть, еще двое Ультрамаринов швырнули в дымящееся отверстие несколько гранат. Снизу донеслись звуки разрывов — на удивление негромкие, словно хлопки фейерверка. Баркха шагнул было к дверному проему, но Рем поднял сжатую в кулак руку, удерживая своих воинов на месте.

Из бункера вылетела струя ревущего и клубящегося жидкого пламени и облизала ступени лестницы, находившейся за дверью. Огонь вырвался из дверного проема, но прежде, чем оружие смогло выстрелить снова, Рем кивнул Баркхе. Его сержант качнулся к двери и выпустил в направлении лестницы очередь из болтера. Шум был оглушающий, гулкие хлопки разрывов эхом отдавались в лестничном колодце, озаряемом пульсирующими вспышками.

Баркха устремился вниз по лестнице, и его отделение последовало за ним. Второе отделение повел вниз Рем, остальных воинов возглавил сержант Аркон. Лестничный колодец был выжженным и почерневшим, будто жерло вулкана.

«Пускай ублюдки почувствуют себя как дома», — подумал Рем.

Он выскочил с лестницы на широкую крытую галерею, проходившую вдоль внутренних стен строения. Здание представляло собой полый прямоугольник с внутренним двором, пятьдесят метров в ширину и сто в длину. Снизу неслись хлопки разрывов и треск очередей, противник отчаянно пытался перестроиться и организовать оборону. Рем заметил три танка — два «Рино» и один «Лэндрейдер», — ощетинившихся целым лесом гибких антенн. Бронированные машины были выкрашены в тусклый коричневато-зеленый цвет, а на их боковых дверцах красовались черные драконьи головы.

— Аркон — налево, Баркха — направо! — крикнул Рем.

Но слова были лишними. Оба командира прочли трактат примарха о штурмовых действиях и не нуждались в его подсказках. Из выходящих на галерею помещений выскакивали воины в зеленых доспехах с оружием в руках, но было уже поздно.

Ультрамарины начали стрелять, обрушив на врага такую лавину огня, что даже боевые доспехи работы мастеров оружейников были бы не в силах долго его выдерживать. Заметив впереди движение, Рем выстрелил из болтера, скомпенсировав дополнительный вес под стволом. Он автоматически приготовился отскочить и лишь потом понял, что в этом нет необходимости. Воины перед ним были мертвы: один перевалился через балюстраду и полетел вниз, во внутренний двор, другой упал чуть менее театрально.

Рем опустился на колени возле тела, разглядывая доспех и нанесенные на него знаки. Зубастые драконы на огненном поле в сочетании со знаками молота и кузницы — свидетельства Культа Прометея. Слишком дикого и слишком религиозного, чтобы быть имперским. Это было похоже на жестокую культуру, которая развилась в цивилизацию, но так и не стала по-настоящему цивилизованной.

«Саламандры» — в самом имени звучала жестокость. Названному в честь древних чудовищ легиону недоставало весомости, и Рем лишь покачал головой, дивясь его примитивной сущности.

— И каково это — принимать смерть, зная, что ты мой враг? — спросил Рем у умирающего Саламандра.

— Никакой разницы с тем, когда я умирал, будучи твоим братом, — ответил воин, и его голова повисла.

Рем кивнул и забыл про мертвеца.

Визор показывал меняющуюся тактическую обстановку. Его воины зачистили верхнюю часть здания и теперь с боем прорывались на нижний этаж. Внезапность нападения застала Саламандр врасплох, но в этих огнепоклонниках еще сохранился боевой дух. Рем сопоставил текущее положение дел с идеальным, описанным в трудах примарха, и сразу понял, как им прорвать оборону противника.

— Сержанты, — велел Рем. — Северная лестница готова сдаться. Аркон, я хочу, чтобы твое подразделение перебралось к южной часовне. Подави огнем танки и воинов во дворе. Баркха, мы с тобой прорвемся с севера, пока Аркон не дает им поднять головы.

— Ясно, — ответил сержант Аркон. — Выдвигаюсь на позицию.

Рем повел своих людей в обход шахты. Снизу все пылало, то тут, то там со стуком падали гранаты, перелетевшие через парапет. Ультрамарины перебрасывали их обратно, но Саламандры приспособились выжидать какое-то время, прежде чем бросать боеприпасы. Рем пригнулся, когда связка гранат ударилась о стену совсем рядом с ним. Два его воина упали, их доспехи пронзительно взвыли. На Рема обрушилась мощная ударная волна, но, чтобы вывести его из боя, этого было недостаточно.