— Как это круто с твоей стороны, правда? — усмехнулся Донни. — У тебя большое сердце, Лука.

— Истинная правда, — подтвердил Лука, усаживаясь прямо на шатком стуле. — Я не собираюсь тебя убивать — даже несмотря на то, что ты сделал все, добиваясь этого. Мне надо подумать и о Келли. Это нужно принимать в счет — то, что я живу с твоей сестрой.

— Забирай ее себе, — презрительно промолвил Донни. — Она твоя.

— Она шлюха, — сказал Лука и улыбнулся, увидев, как потемнело лицо Донни; казалось, ему хотелось броситься на Луку и вырвать у него из груди сердце. — Но даже если и так, она моя шлюха.

— Чтоб ты сгнил в аду, — бросил Донни. — Ты и все твои дружки.

— Возможно, этим все и закончится, — пожал плечами Лука, отмахиваясь от ругательства. — Ты знаешь, во что мне обошелся налет на банк? — спросил он, и в его голосе впервые прозвучала тень ярости. — И тем не менее я на самом деле не хочу тебя убивать, Донни, поскольку, как уже говорил, я тебе сочувствую. — Сделав театральную паузу, Лука вскинул руки. — Но я убью Уилли. Он пытался меня убить, он подстрелил двух моих ребят, он много шумел насчет того, чтобы со мной расправиться… Уилли придется уйти.

— Ну и? — спросил Донни. — И как в таком случае ты поступишь со мной?

Выкрутив шею, Лука посмотрел на Хукса.

— Видишь? — сказал он. — Он умен. Он понимает: нам известно, где они прячутся, мы могли бы просто пристукнуть Уилли и на том закончить. Больше того, — продолжал Лука, снова поворачиваясь к Донни, — нам известно, где именно сейчас Уилли. Он наверху, в вашей квартире, на первом этаже, квартира «1Б». С час назад мы проследили, как он прошел к себе.

Донни шагнул к Луке.

— Переходи к делу, — сказал он. — Я устал тебя слушать.

— Конечно, — согласился Лука. Зевнув, он снова вытянулся на стуле, словно нежился на солнце, а не торчал в этом сыром полутемном подвале. — Я только прошу тебя вот о чем — и даю слово, что я волоса не трону на твоей ирландской голове: выйди в подъезд, поднимись по лестнице и попроси Уилли спуститься в подвал. Только и всего, Донни. Это все, о чем я тебя прошу.

Донни презрительно рассмеялся.

— Ты хочешь, чтобы я в обмен на свою жизнь предал родного брата?

— Совершенно верно, — подтвердил Лука, снова усаживаясь прямо. — Вот мои условия.

— Ну конечно, — усмехнулся Донни. — А я тебе вместо этого вот что скажу: почему бы тебе не отправиться к себе домой, Лука, и не трахнуть свою шлюху-мамашу?

Лука подал знак Винни и Джоджо, которые стояли рядом, прислонившись к котельной. Нагнувшись, Джоджо поднял с пола моток веревки. К ним присоединился Поли; втроем они связали Донни руки за спиной и подвесили его к трубам под потолком так, что ему пришлось приподняться на цыпочки. Донни посмотрел на Хукса. Тот стоял за спиной у Луки, неподвижный словно изваяние.

— Я надеялся, что до этого дело не дойдет, — сказал Лука. Он встал под громкий стон изувеченного стула.

— Не сомневаюсь в этом, — пробормотал Донни. — Какая жаль, Лука, что наш отвратительный мир тебя к этому вынуждает, правда?

Лука кивнул, словно поражаясь прозорливости Донни, попрыгал немного как боксер, колотя воздух правой и левой руками, после чего снова повернулся к Донни.

— Это твое последнее слово?

— Не тяни, — презрительно усмехнулся Донни. — Я устал ждать.

Первым делом Лука нанес жестокий прямой удар правой в солнечное сплетение, и Донни повис на веревках, судорожно глотая воздух. Лука в полной тишине подождал, когда тот снова сможет нормально дышать, давая ему возможность пересмотреть свое решение. Увидев, что Донни молчит, Лука снова ударил его, один раз, теперь уже в лицо, разбив в кровь рот и нос. И снова Лука подождал, а когда Донни опять ничего не сказал, Лука принялся за него всерьез, танцуя вокруг него, обрушивая жестокие сочетания ударов по ребрам, в солнечное сплетение, по плечам и спине, словно боксер, работающий с тяжелой грушей. Когда он наконец остановился, Донни задыхался, харкая кровью. Всплеснув руками, Лука рассмеялся.

— Cazzo! — сказал он. — Он не сломается.

Хукс покачал головой, соглашаясь с ним.

— Ты ведь не позовешь своего брата, правда? — спросил Лука, повернувшись к Донни.

Тот попытался было ответить, но не смог произнести ни одного разборчивого слова. Его губы и подбородок были покрыты алой кровью.

— Что? — спросил Лука, подходя вплотную.

— Иди к такой-то матери, Лука Брази, — удалось выдавить Донни.

— Так я и думал, — сказал Лука. — Ну хорошо. И знаешь, что будет дальше? — Он подошел к стулу, на котором висели его вещи, вытер тряпкой кровь с рук и надел рубашку. — Я оставлю тебя висеть здесь до тех пор, пока кто-нибудь тебя не найдет. — Просунув галстук под воротник, Лука надел пиджак и снова подошел к Донни. — Ты точно не передумал? Потому что, знаешь, мы, может быть, просто ради смеха возьмем Уилли и попросим его предать тебя — и, может быть, твой брат окажется не таким стойким.