— Кто бы ни убил Лакмена, — произнес Уолт Ремингтон, — сделал он это не для себя одного. Он это совершил ради блага всей группы в целом. Это, может быть, чисто индивидуальный поступок, индивидуальное решение, но польза от него всем нам. Этот человек спас нас, и поскольку это касается меня, то мне из этических соображений просто противно, если кто-либо из членов группы станет оказывать содействие полиции в задержании этого человека.

Трясясь от гнева, он стал лицом к лицу с Марксом.

— Нам не пришелся по душе Лакмен, — сказала Джин Блау, — и мы ужасно его опасались, но никто не уполномочивал кого-то убивать его, пусть даже исходя из интересов всей группы. Мы обязаны сотрудничать с полицией в вопросах выявления преступника.

— Голосуем, — предложил Сильванус Энгст.

— Да, — согласилась Кэрол, — нам нужно решить, какой политики придерживаться. Или мы будем держаться все вместе или каждый сам по себе, выдавать друг друга? Я подаю свой голос прямо сейчас. Второе совершенно неприемлемо для каждого из нас.

Уэйд Готорн перебил ее:

— У вас нет выбора, миссис Гарден. Вы обязаны с нами сотрудничать. Таков закон. Вас можно принудить к этому.

— Сомневаюсь, — сказал Билл Кэлюмайн.

— Я хочу связаться со своим адвокатом из Нью-Мексико, — произнес Джо Шиллинг, пересек комнату, направляясь к видеофону, включил его и стал набирать нужный код.

— А существует ли какой-нибудь способ, — спросила у Готорна Фрэйя, — восстановления провалов памяти?

— Нет, если уничтожены те клетки мозга, которые обеспечивают функционирование соответствующих зон памяти. И, как я полагаю, здесь мы столкнулись именно с таким случаем. Едва ли вероятно, что у всех этих шести членов группы одновременная потеря памяти обусловлена нервным срывом.

— События моего дня, — ответил ему Пит, — были довольно полно восстановлены с помощью Рашмор-эффекта моей машины, а она ни разу и близко не доставляла меня к психиатрической больнице, где я мог бы подвергнуться электрошоку.

— Вы останавливались у Колледжа в Сан-Франциско, — напомнил ему Готорн, — а там, на факультете психологии, имеется аппаратура для электрошоковой терапии. Вас могли подвергнуть ей там.

— А как же остальные шестеро?

— События, произошедшие с ними за день, не были реконструированы цепями Рашмора так, как ваши, — сказал Готорн. — Да и в ваших имеются весьма существенные пробелы. Значительная часть вашей сегодняшней деятельности еще далеко не ясна.

— Я связался по видеофону с Шарпом, — сказал Джо Шиллинг. — Хочешь с ним переговорить, Пит? Я вкратце обрисовал ему ситуацию.

Внезапно в ход беседы вмешался вуг Е.Б.Блэк.

«Одну минуточку, мистер Гарден. — Посоветовавшись телепатически со своим коллегой, он затем снова вернулся мысленно к Питу. — Мистер Готорн и я решили не арестовывать никого из вас. У нас пока что нет прямых улик в причастности кого-либо из. вас к совершенному преступлению. Но мы вас отпустим только в том случае, если вы согласитесь на применение электронного трэйсера. Справьтесь у своего адвоката, мистера Шарпа, приемлемо ли это для вас?»

— Что это за электронный трэйсер? — поинтересовался Джо Шиллинг.

— Это отслеживающее устройство, — пояснил Готорн, — которое будет оповещать нас о местонахождении каждого из вас в любой момент времени.

— Оно обладает телепатическими свойствами? — спросил Пит.

— Нет, — ответил Готорн. — Хотя я бы не возражал. Моложавый и энергичный с виду Лэйрд Шарп произнес с экрана видеофона:

— Я слышал предложение и, не собираясь пускаться в дальнейшие рассуждения, склонен квалифицировать его как чистейшее нарушение прав этих людей.

— Ну, как хотите, — сказал Готорн. — Только тогда мы будем вынуждены их арестовать.

— Я категорически против и того, и другого, — сказал Шарп. — Мистер Гарден, не позволяйте им навешивать на себя никакие следящие устройства, а если и обнаружите их у себя, то немедленно срывайте их. Я уже вылетаю к вам. Для меня совершенно ясно, что допущен произвол в отношении ваших прав.

— Ты не возражаешь против того, чтобы он был твоим адвокатом? — спросил Джо Шиллинг у Пита.