— Но он же невыносимо скучный тип! — воскликнула Франческа. — Впрочем, как и все Карберри. Подозреваю, что, живя в графстве Нортумберленд, иным человеком просто и быть нельзя, но не думаю, что вы найдете свое счастье, выйдя за него замуж.

— Несомненно, но, видите ли, он очень уважаемый человек.

— Вероятно, именно это и делает его таким скучным.

— Зато мою бабушку вполне устраивает.

— К тому же ему уже под сорок.

— Да, но считается, что мужчины моего возраста чересчур легкомысленны. Они могут пойти на попятную или совершить какой-то иной неблаговидный поступок. Поэтому бабушка предпочитает им тех, кто грузен и скучен — и, разумеется, родом из хорошей семьи. Богатство считается у нее положительным качеством, но она не особо обращает на это внимание.

Франческа улыбнулась:

— Боюсь, ваша бабушка обречена на разочарование.

— А я обречена на новую порцию нотаций с ее стороны. Она всю зиму только этим и занимается.

— Ах, милая моя, — с сочувствием произнесла Франческа. — Возможно, вам следует погостить у меня. Мой дворецкий получил строгий приказ не пускать в дом скучных солидных мужчин — и женщин тоже.

Калли рассмеялась и, прикрыв раскрытым веером рот, произнесла чуть слышно:

— Не позволяйте бабушке узнать об этом, в противном случае она не разрешит мне приехать к вам.

— Каландра, дорогая, вот и ты. Не танцуешь? И леди Хостон здесь. Прекрасно выглядите, как всегда.

— Благодарю, герцогиня, — приседая в реверансе, ответила Франческа. — Вы тоже в превосходной форме.

И она ничуть не покривила душой, потому что бабушка Калли со своими зачесанными в высокую прическу белоснежными волосами и стройной фигурой действительно все еще оставалась привлекательной женщиной. Калли знала, что в молодости ее бабушка была настоящей красавицей, и считала, что ей очень повезло, что герцогиня обладала утонченным вкусом в одежде и никогда не придиралась к выбранным внучкой нарядам — за исключением нескольких случаев в ее первый сезон, когда та не позволила Калли надеть платье иного, нежели белого, цвета.

— Спасибо, дорогая. — Герцогиня одарила ее царственной улыбкой, принимая комплимент как должное. — Вы ведь знакомы с достопочтенным Альфредом Карберри, не так ли? — Она повернулась к стоящему рядом с ней мужчине и незаметно переместилась таким образом, чтобы он оказался рядом с ее внучкой.

Герцогиня продолжила исполнять ритуал знакомства:

— Леди Хостон. А это моя внучка леди Каландра. Расскажите мне, леди Хостон, как поживает ваша матушка? Нам с вами нужно по-дружески поболтать, ведь, клянусь, мы не встречались с самой свадьбы лорда Лейтона.

Она взяла Франческу под руку и отвела ее в сторону, оставив внучку с мистером Карберри. Снисходительно улыбнувшись, она заметила им:

— Без сомнения, вам, молодые люди, будет скучно слушать, как мы сплетничаем. Почему бы вам, мистер Карберри, не пригласить леди Каландру на танец, пока мы с леди Хостон обменяемся новостями?

Франческа, оказавшаяся в компании герцогини, удивленно подняла брови при причислении достопочтенного Альфреда к категории молодых людей, хотя он был, по крайней мере, на семь или восемь лет старше ее. Понимала она и то, что герцогине удалось перехитрить ее, и не могла не восхититься мастерством пожилой дамы. Франческа позволила ей увести себя, послав Калли озорной взгляд.

Девушка чопорно улыбнулась и произнесла:

— Вам вовсе не обязательно танцевать со мной, сэр, только потому, что бабушка…

— Глупости, моя девочка, — перебил ее мистер Карберри шутливо-дружеским тоном, которым обычно разговаривал со своими молоденькими родственницами. — Вы окажете мне честь. Мы отлично проведем время, а?

Калли сдалась, решив, что, танцуя с этим человеком, сумеет избежать разговора. С радостью она обнаружила, что им к тому же предстоит энергичный контрданс, не предполагающий беседы. Калли поймала себя на том, что высматривает в людской толпе шляпу с пером мужчины в костюме роялиста.

После танца она едва успела выслушать благодарности мистера Карберри, как ее вниманием завладел следующий партнер, мистер Уотерс. Девушка была знакома с ним лишь поверхностно, видела его до этого бала всего один раз и подозревала, что он охотник за состоятельной женой, но, по крайней мере, он слыл интересным собеседником и искусным танцором.

Когда танец окончился, мистер Уотерс предложил пройтись по залу, и Калли согласилась. Время близилось к десяти часам, и это означало, что танцы на исходе и скоро гостей пригласят перейти в расположенный напротив малый бальный зал, где накрывали стол к ужину. Девушка страшилась, что бабушка подберет ей какого-нибудь «подходящего» кавалера в качестве сопровождающего на трапезу, и предпочла некоторое время провести вдали от ее глаз.

Они стали обходить зал по периметру, и ее спутник делал общие замечания о великолепии бала, благозвучии музыки и о том, как жарко стало в комнате после танцев. Он остановился у одной из дверей, ведущих на террасу, открытой для того, чтобы в помещение проникал прохладный вечерний воздух.

— Ах, как здесь хорошо, — заметил мистер Уотерс. — Я так разгорячен танцем.

Калли рассеянно кивнула, отметив про себя, что, возможно, этот человек не такой уж и интересный собеседник, как ей казалось. Она осмотрелась и наконец заметила бабушку. Пожилая дама увлеченно беседовала с лордом Померансом, и девушке с трудом удалось подавить стон. Неужели герцогиня намерена навязать ей общество этого несносного краснобая! Он был моложе мистера Карберри, но отличался непомерным чувством собственной значимости и непоколебимой уверенностью в том, что окружающим бесконечно интересно узнать о каждой минуте его существования.