Кто-то резко дернул ее за руку и оттолкнул в сторону.

— Не стой у нее на пути! — выкрикнул Логан, предупреждая об опасности.

— Тогда помоги ему. — Риган ловко увернулась от Воителя.

— Гэлен может и сам выстоять против старухи.

— Это не Мейри! Это не ее сила, не ее мощь, не ее магия!

— Вот черт, — прошептал Логан, встретившись с Риган взглядом и сразу запнувшись.

Подоспевшие Воители кинулись на старейшину одновременно, однако были отброшены назад колдовской силой, которой Мейри никогда не владела раньше. Тем не менее Воители не оставляли своих попыток снова и снова.

Взглянув на Гэлена, Риган поняла, что его бог уже освобожден: изо рта Воителя торчали острые клыки. Он изо всех сил старался противостоять чарам Мейри, связывавшим его стальными путами, и лишь зарычал от ярости, когда на его груди вдруг возникла глубокая рана. Еще две появились через мгновение. Казалось, его тело начало кромсаться на ломти, раны становились все глубже и длиннее с каждой секундой, и Риган понимала, что Мейри проделывает это намеренно, стараясь продлить мучения Гэлена.

Что-то взорвалось в душе Риган. Она почувствовала, как на нее нахлынула новая волна магии, и, метнувшись к Мейри, увидела, что женщины Маклауда делают то же самое. Перед единым общим ударом, нанесенным по старейшине, устоять было невозможно, и ее энергия начала увядать. Через миг глаза Мейри расширились, и она уставилась на Риган.

Сейчас Риган видела перед собой старейшину, которую знала много лет как мудрую и терпеливую женщину. И когда Воители, не сговариваясь, бросились вперед, Риган отвела взгляд в сторону, не в силах видеть происходящее. Она кинулась к рухнувшему на пол Гэлену, килт и рубаха которого насквозь пропитались кровью. Приоткрыв глаза, он встретился с ней глазами и, обведя взглядом окруживших их Воителей, лишь сумел прохрипеть:

— Мейри?

Судорожно сглотнув, Риган оглянулась назад. Несмотря на сгрудившуюся толпу, она смогла различить на полу залитое кровью истерзанное тело.

— Она мертва.

Гэлен глубоко вздохнул, и его глаза закрылись. Она знала, что он бессмертен и повреждения должны быстро восстановиться, но степень ранений Гэлена приводила Риган в ужас. Логан с Рамзи помогли Гэлену подняться на ноги.

— Со мной будет все хорошо, — прохрипел Гэлен, с трудом открывая глаза, — не думаю, чтобы Мейри обладала таким видом магии.

— Она ею и не обладала, — раздался с лестницы голос Одары. — Ее разумом овладело чье-то зло извне.

Вопя от бессильной ярости, Дейрдре метнула в стену глиняный кувшин. Но и вид разлетевшихся осколков не мог ее утихомирить. Белые космы, приподнявшись, кружились вокруг нее, словно смертоносные щупальца в поисках жертвы.

Но они никого не находили: Дейрдре была одна.

А как хорошо все было придумано! Ведь знала она, что даже под защитой Маклауда найдется хоть один, кто не в силах противостоять ее чарам. Каково же было ее удивление, что этим друидом оказалась сама старейшина! Дейрдре вовсе не ожидала, что разум лидера так слаб и безволен и она сможет легко с ним управиться.

План был совершенен и беспроигрышен. Нужно было лишь забраться в мозг Мейри и уговорить друидов покинуть замок. Это была легкая партия. Но, начав ее, Дейрдре обнаружила, что среди друидов есть женщина по имени Риган, которая скрывает в себе нечто очень важное. Пришлось залезть в голову старейшины еще глубже. Оказалось, что и сама старейшина знала не очень много, за исключением разве того, что Риган наложила на себя какой-то заговор, чтобы ни она сама, ни остальные друиды не смогли выдать тайны, скрывавшейся в ее сознании. Казалось, нет ничего проще убедить Риган уйти вместе с остальными, однако Дейрдре не приняла во внимание Воителей, а самое главное — ту связь, которая возникла между друидкой и этим беглецом по имени Гэлен.

Итак, Гэлен. Дейрдре хорошо была известна его великая сила. За время пленения Воителя она сумела в этом неплохо убедиться и, понимая, что эта мощь направлена против нее самой, не отказалась бы переманить его на свою сторону. Колоссальность его силы, как Воителя, не мешала ему обладать и прозорливым умом, а его ненависть к Дейрдре превосходила ненависть любого обитателя Маклауда.

Понимая, что может насовсем потерять Риган, если друиды останутся в замке, Дейрдре подбавила магии, стремясь подавить жалость, столь свойственную Мейри. Вот ведь невезение: ей так и не удалось убить Гэлена. За такой короткий срок этот план позволял и устранить Воителя, и забрать Риган.

И вот вместо того друиды, объединившись с Воителями, убивают саму Мейри! Единственной наградой за все оставались лишь головы друидов Лох-Оу. Эти жалкие безумцы панически боялись Воителей. И ей оставалось лишь пошевелить пальцем, чтобы послать их в когти ждущих вирранов.

Таким образом, пленение друидов — вопрос дней. Чем меньше их останется бродяжничать по ее земле — тем лучше.

Риган отняла руку от раны на груди Гэлена и увидела, что все ее пальцы в крови. Сердце продолжало бешено стучать после внезапного нападения Мейри и последних слов Одары, но мысль о том, что Гэлен все же остался жив, немного успокаивала.