Из подсобки донеслась телефонная трель, и тучная хозяйка проворно исчезла за ширмой.

Словосочетание «с хорошим парнем» Пашке понравилось. Он уже собрался предложить девушке продолжить общение после окончания ее смены, но она первая нарушила молчание и, внимательно посмотрев на него, спросила на чистом русском:

– С Украины, говоришь?

– Вы русская, что ли?

«Как я сразу-то не понял?»

– Да, – спокойно ответила она. – И ты ведь тоже?

– Верно. Насчет Украины – сам не понимаю, почему…

– Ничего страшного. Американцам все равно. Ответишь, откуда ты родом, и они через пять минут забывают. Никаких предрассудков. Не важно, кто ты по национальности, важно, хватает ли у тебя сил направо и налево твердить, что все «окей».

– Согласен. А вы давно здесь?

– На «ты» лучше будет.

– Не против.

– Уже три года.

Они помолчали. В бар вошел затрапезного вида посетитель, попросил шот виски, выпил и, расплатившись, покинул помещение.

– А ты какими судьбами в Нью-Йорке? – поинтересовалась девушка.

– Именно что судьба занесла.

– Ну после расскажешь.

Он вопросительно взглянул на нее и, когда их взгляды встретились, понял, что краснеет.

– Кстати, зовут меня Павел.

– Это я уже поняла. Я Настя. Местные кличут Anastasia. Всем нравится это имя. А мне иногда хочется, чтобы называли, как я привыкла. Страсть как иногда надоедают американцы. Все предсказуемо, корректно до тошноты. Так бы и пнула. – Девушка рассмеялась, продемонстрировал белоснежные зубы.

«Хорошая ты, Настя» – подумал Пашка, наблюдая за ее работой.

Их непринужденная беседа спровоцировала Пашку на поступок. Точнее, на прямое нарушение инструкций начальства. Он выведал у девушки время окончания смены и несказанно удивил ее своим появлением у входа в бар. После непродолжительных сомнений она позволила проводить себя до дома.

Настя жила в Ист-сайде, пришлось брать такси. Выскочив из машины, она помахала ему рукой и скрылась в подъезде высотки.

Пашка снимал комнату у бывшего соотечественника, иммигрировавшего из Союза еще в начале семидесятых. Тот постоянно отсутствовал, так как работал представителем страховой фирмы и по долгу службы вынужден был проводить большую часть времени в командировках и на нескончаемых корпоративных семинарах. Таким образом, Пашке за полцены досталась вполне приличная квартирка на Манхэттене, на углу Бродвея и Восемьдесят восьмой улицы.

Соотечественника товарищи по работе «пробили» по всем возможным архивам – выходило, мужик абсолютно чист по линии Конторы.

В тот вечер, вернувшись в квартиру бывшего земляка, Павел Семенов впал в непривычную меланхолию, поминутно сменявшуюся навязчивым беспокойством. Так бывает, когда человек, идущий на вечеринку, где его давно ждут, вдруг попадает в дорожный затор или застревает в лифте. Облом на пике предвкушения.

Пашка налил себе виски, выпил. Не помогло. Налил еще – получил опять отсутствие эффекта. Из головы не выходила Настя. Пожалел, что не попросил у нее номер телефона. Походил из угла в угол по комнате, постоял у окна, барабаня пальцами по стеклу.

– Настя, Настя… – повторял он.

Пашка включил телевизор, но не получилось сконцентрироваться ни на одной программе. Аппетита тоже не было. Виски больше не хотелось, он лишь курил уже ставшие привычными фирменные американские сигареты и поминутно вздыхал.

Павел и сам не понял, как оказался на улице. Поймал такси, попытался объяснить водителю, судя по зеленым флагам и колоритному внешнему виду – ирландцу – куда ехать. Наконец они договорились искать многоэтажный дом в Ист-сайде по Пашкиной памяти.

Чудо произошло. Дом нашли быстро. Расплатившись и получив вдогонку согревающее «гуд лак», Пашка направился к подъезду. У двери было очень много кнопок с разными фамилиями. Но как среди этого списка отыскать ее квартиру? Фамилии-то он не знает…

Его заметил консьерж и отворил дверь.

– Я могу вам помочь? – поинтересовался он.

– Я ищу девушку, ее имя Настя. Anastasia. Она недавно вернулась с работы. Мы приехали вместе, но я потом уехал… А теперь мне нужно с ней поговорить.

– A? Anastasia? Нет проблем, сэр, подождите, пожалуйста.

Сняв трубку, он набрал номер.

– Как ваше имя?

– Пол.

– Его зовут Пол. Ок, мэм. Поднимайтесь на восьмой этаж. Квартира тридцать пять.

Девушка встретила его на пороге квартиры.

– Павел? Что-то случилось?

Пашка глядел на нее во все глаза, и волна головокружительных ощущений будто подхватила его на руки и вознесла над узорчатой плиткой межквартирного пространства. Он предчувствовал счастье, до него было рукой подать, надо только не колебаться, не смущаться и не врать. Ну, почти.