Волков прикрыл тяжелые веки. Почему-то вспомнились виденные им кадры одного из самых трагических ЧП прошлых лет. А именно, кадры взрыва – и его последствий – в Назрановском РОВД в августе две тысячи девятого. Около девяти часов, во время утреннего развода, протаранив ворота, на плац райотдела вылетела желтая пассажирская «Газель», управляемая смертником. Последствия взрыва были поистине ужасными.

– Волков, вы на связи?

– Да, Николай Андреевич!

– Сейчас Пал Палыч крутит хвоста по телефону местным полицейским чинам! Они на усиление на въезды в город направили почти все свои силы!.. Вот только что доложили, что к гаражам выехали две патрульные машины!

– Этого мало!

– Подняли ОМОН!.. Через несколько минут тоже будет у вас!

– Нужная тяжелая техника!

– Будет, Волков! Уже дана команда внутренним войскам!.. Не позднее, чем через полчаса из военгородка к пищекомбинату выдвинется усиленный взвод… С бэтээрами!

– Вот это уже другое дело.

– А там и ваши коллеги из «Альфы» подтянутся! Вертушки уже приказано поднять!

– С вертолетами… тут надо осторожно! А то можем вспугнуть до времени! Хорошо бы, если бы получилось их тут, на окраине, обложить! Будет много проще по ним работать!

– Понял… Так и будем действовать!.. Алло! Алло?!

– Минутку, товарищ полковник… тут кое-что происходит.

Волков, повернув голову к стене чутко прислушивался к звукам: к тем, что доносились из-за за стены, равно как и к другим, что звучали и из рации и в наушнике гарнитуры…

Высокий мужской голос, перемежаемый слитно звучащими голосами молящихся – стих. И почти в ту же секунду заработала трофейная рация! Некто на своем родном языке сначала произнес какую-то фразу. Затем – несколько раз подряд – прозвучало мужское имя с явной сердито-вопрошающей интонацией:

– Эльдар?.. Эльдар?.. Эльдар??!

Волков облизнул пересохшие губы. Похоже, кто-то пытался дозваться по рации того самого Эльдара, у которого Волков разжился оружием и амуницией.

Он отошел чуть в глубину гаража.

– Николай Андреевич, они только что закончили молитву…

– И что дальше? – после паузы спросил полковник. – Что, по-вашему, они предпримут далее?

– Я нашел метки на карте. Я вам о ней уже говорил.

– Так-так…

– Я также рассмотрел среди гоблинов в соседнем дворе одного… хм… Короче, я подозреваю, что это – шахид!

– Смертник? То есть…

– Теракт в Назрани в августе две тысячи девятом…

– Понимаю. Понимаю, – повторил Никитин. – Думаете, они планируют послать транспорт со смертником в райотдел полиции?

Волков глянул на наручные часы – без двадцати восемь.

– Именно так, товарищ полковник! Развод у них бывает в девять?

– Обычно в это время. Как и что у них сегодня, пока не знаю. Связаться с коллегами?

– Чуть позже… Это лишь мои предположения, но я думаю, что это только начало.

– Почему так думаете?

– А зачем их здесь столько? Достаточно было бы шахида и пару наблюдателей!

– Логично. Но что они намереваются предпринять?

– На трофейной карте зеленым фломастером отмаркированы еще два объекта!

Волков снова сверился с картой; и лишь после этого назвал улицу и номера строений, рядом с которыми кто-то поставил жирные толстые точки.

– Я сейчас же сообщу коллегам! – сказал Никитин. – Пал Палычу в первую очередь, он рядом… Он быстрее нашего переориентирует местных!

– Товарищ полковник, нам важно понять, что это за объекты! Тогда мы, может быть, будем лучше понимать логику этих гоблинов!

– Добро, Волков, я понял.

Фомин вытащил из кармашка смартфон… Ответив на вызов, жестом показал Волкову, что звонят ему.

– Минуту, товарищ полковник… Мне тут по другой линии звонят.

Алексей поднес к уху – смартфон.

– Слушаю, – приглушенно сказал он.

– Алексей, – ворвался в ухо возбужденный женский голос, – будьте осторожны!..

– Что случилось?

– На крышу поднялся какой-то человек… Вот сейчас… да… он передвигается по той стороне боксов, где строение с замурованными окнами!.. Прямо по крышам идет!..

Волков невольно поднял глаза к потолку. Возможно, ему только показалось – а может, и нет – но он слышал чьи-то легкие крадущиеся шаги – прямо у себя над головой.

Он перевел взгляд на Фомина. Медленно поднял вверх указательный палец правой руки, выразительно показав им на потолок. Тот кивнул – мол, все понял, на крыше чужой… Волков подошел к нему вплотную; шепотом произнес: