Конрад надеялся, что последняя фраза лейб-малефактора – безобидная шутка. Но его невольно передернуло, как передернуло бы от любой шутки «Вредителя Божьей милостью», услышанной в свой адрес.

Даже архивариус-массажист из Надзора Семерых запнулся.

– Это было бы любопытно, сударь, – с изрядным усилием выдавил обер-квизитор. – Но вряд ли совместимо с выполнением моих служебных обязанностей. Я искренне надеюсь, что прокуратор Цимбал не согласится с вашим предложением.

– Кстати, о служебных обязанностях, – король, как всегда, двигался к цели наиболее прямым путем. – Теперь вы понимаете, барон: нам нужно точно знать, замешан Черный Аспид в убийстве квесторов, или нет. Время на сбор доказательств у вас есть: если Аспид виновен, раньше, чем через четыре года, нам его не достать.

«И все-таки достопочтенные судари чего-то не договаривают… Раз дело важное – почему задержали уведомление Тихого Трибунала? Дали мне „фору“? Из-за соперничества ведомств и застарелой неприязни? Вряд ли. В делах подобного уровня о неприязни забывают. Почему гибель шестерки рыцарей дурацкого Ордена Зари так волнует лучших людей Реттии?! Человеколюбие? Чистое начало в сердце настучало? Не смешите мои ботфорты…»

– Я понимаю вас, любезный барон. На вашем месте я бы тоже недоумевал, отчего данному происшествию придается столь большое значение.

Просперо Кольраун вполне мог читать мысли. С него станется: прочтет и не почешется. Чтоб лишних сил не тратить.

– Это пре-це-дент, друг мой. Вернее, это может быть прецедент, если за случившимся и впрямь стоит Черный Аспид. Выход ритуализированной военной игры за пределы отведенных границ. Из экстерриториального Майората – на территорию Реттии. Если оставить сей прецедент безнаказанным – последствия не заставят себя ждать. Проблема борьбы чистых начал, перейдя из области философии, мифологии и забав молодежи в сферу государственных интересов… Не хотелось бы, честное слово. Возможно, вы недооцениваете угрозу, но Абсолютным Злу и Добру место в резервации, а никак не в нашем с вами мире, где абсолюты существуют лишь в виде теоретических абстракций…

«Кто б спорил… Идеал, вырвавшись из темницы абстракций, хуже демона, освободившегося из „лебединой звезды“… или как там боевые маги именуют ловушки-пентакли?.. Интересно, а другие причины, менее „философского“ характера, мне изложат? Ох, хорошо… это плохо, что хорошо, это усыпляет…»

Верховный архивариус добрался до баронского позвоночника. Сменил масло для растирки: повеяло мятой и кардамоном.

– Прошу вас, расслабьтесь… Глубокий вдох… выдох… задержите дыхание…

Ладони Гувальда Мотлоха упали с неба, распластали, лишили остатков воздуха.

Слушая восхитительный хруст, кто-то хихикнул. Кажется, лейб-малефактор Нексус, добрая душа.

– Чудненько! Теперь еще разок, для гарантий…

От «гарантий» с чресел Конрада свалилось полотенце. Так отходит поредевшая в бою рота заграждения, оголяя фронт. С минуту барон размышлял, удобно ли сверкать ягодицами в присутствии августейшей особы и цвета общества. Потом вспомнил капитана Штернблада, разгуливающего нагишом, и мысленно махнул рукой на приличия. А то его величество чужих задниц не видели…

– Задача ясна, барон?

– Да, ваше величество.

– Тогда не отстранить ли нам нашего приятеля Конни от расследования?

Такого подвоха со стороны прокуратора Цимбала барон не ожидал! Зря расслабился! Надо было прикрыться. Во всех смыслах.

– На каком основании?

Еще один сюрприз! Кто бы мог подумать, что на помощь придет глава Тихого Трибунала Месроп Сэркис?! Чудеса в решете…

– На основании близкого родства с одним из погибших квесторов.

– Вы считаете это целесообразным, коллега?

– Да. Официально.

Единственное слово все расставило по своим местам. Конрад сразу успокоился. Кажется, хитрец Виль что-то придумал.

– А неофициально?

– Ну мы же не в силах уследить за действиями частных лиц, огорченных ужасной потерей родственников? Я, например, который год подаю прошение на высочайшее имя, умоляя расширить личный состав Приказа… И что? Всемилостивейший монарх неизменно отказывает, ссылаясь на скудость казны! Как тут прикажете следить за отдельными случаями самосуда? Кстати, о самосуде и частных следствиях: Конни, если тебе потребуется поддержка…

Прокуратор выдержал многозначительную паузу.

– Как я понимаю, – вмешался председатель Месроп, – официально расследование продолжит вигилла Куколь. Вы согласны, коллега?

– Да.

– Она же обеспечит циркуляцию сведений между нами и бароном. «Pegasus charteus cursus» – метод проверен, надежен и защищен от незаконного вскрытия. Ваше величество, вы не возражаете?

– Ни в коей мере, господа. Целиком полагаюсь на ваш опыт в делах подобного рода. И жду результатов.