«Громкие» автокатастрофы были и в истории независимой Украины. Самая известная из них произошла 25 марта 1999 года на трассе Борисполь – Золотоноша. Автомобиль «тойота» на высокой скорости столкнулся с КамАЗом. Находившиеся в «тойоте» лидер Народного Руха Украины Вячеслав Чорновил и его водитель Евгений Павлов погибли. Далее были долгие годы расследований, таинственная смерть одного из главных свидетелей – водителя КамАЗа, и все та же ситуация – официальная версия о несчастном случае и неофициальные, утверждающие, что один из самых известных политиков Украины был убит.

Что же касается советской истории, то, как мы уже говорили, любая автокатастрофа с участием высокопоставленных и известных лиц была тайной за семью печатями. Только уже после развала Союза стали появляться сведения об авариях, обстоятельства которых были весьма подозрительными.

…В июле 1922 года на Верийском спуске в Тбилиси под колеса грузовика попал велосипедист, который вскоре скончался от полученных травм. Об этом происшествии долго говорили в столице Грузии, ведь погибшим был не кто иной, как Симон Аршакович Тер-Петросян, он же Камо, – личность легендарная, профессиональный революционер, организатор так называемых «эксов», то есть «экспроприаций», или же, называя вещи своими именами, бандитских налетов и ограблений, деньги от которых шли в партийную кассу РСДРП. Столь же загадочными, не до конца раскрытыми и неоднозначными были и обстоятельства последней велосипедной прогулки товарища Камо. Во-первых, сама вероятность столкновения с автомобилем, коих тогда в Тбилиси было не больше ста, была ничтожна мала. А во-вторых, злополучный грузовик принадлежал… местной ЧК (так, по крайней мере, утверждали некоторые источники). В общем, смерть Тер-Петросяна вызвала немало слухов, и в этом нет ничего удивительного. И прежде всего касались они товарища Сталина, который долгое время руководил «экспроприаторской» деятельностью Камо, а затем решил убрать нежелательного свидетеля. С другой стороны, Сталин в те времена все же еще не был всесильным вождем, чтобы безнаказанно организовывать подобные покушения, да и принадлежность грузовика ЧК как-то уж слишком явно выдает возможного заказчика.

…В 1939 году появились сообщения, что в районе Цхалтубо погибли полпред СССР в Китае И. Т. Бовкун-Лагунец и его жена. Позже, в ходе расследования так называемого «дела Берии», сотрудники НКВД дали показания, что Бовкун-Лагунец и его супруга были отравлены, а автокатастрофа стала инсценировкой, целью которой была дезинформация иностранных разведок.

…В 1947 году НКВД организовал покушение на Юрия Теодора Ромжу – очень популярного, несмотря на свою молодость (он родился в 1911 году), в Закарпатье епископа Мукачевской епархии греко-католической церкви. По воспоминаниям небезызвестного Павла Судоплатова, генерала НКВД, организатора и непосредственного исполнителя ряда громких политических убийств, деятельность Ромжи вызывала крайнее неудовольствие руководителя ЦК компартии Украины Никиты Хрущева. Он и тогдашний министр госбезопасности Украины Савченко в 1947-м обратились к Сталину и министру госбезопасности СССР Абакумову с просьбой дать санкцию на убийство епископа, обвинив его в сотрудничестве с подпольным украинским национальным движением и «тайными эмиссарами Ватикана». «Высочайшее добро» было получено, однако арестовать пользующегося поддержкой населения Западной Украины священника или устранить его открыто в НКВД не решились. Во время одной из поездок Ромжи по епархии 27 октября 1947 года в его конный экипаж врезался грузовик. Священник выжил, хоть и получил тяжелые ранения. Он был доставлен в больницу, где, согласно воспоминаниям того же Судоплатова, был уже отравлен сотрудниками НКВД…

…В конце 1951 года на подмосковной дороге в дорожном происшествии погиб Максим Литвинов – бывший руководитель советского внешнеполитического ведомства: его автомобиль столкнулся с непонятно каким образом оказавшимся поперек дороги грузовиком. Литвинов в свое время был единственным прозападным политиком в СССР (естественно, в той степени, в которой в советской системе можно было быть «прозападным» политиком и занимать одну из самых высоких должностей в государственной иерархии). После смерти Сталина появились сообщения о том, что смерть Литвинова была не случайной, об этом, в частности, говорили в своих воспоминаниях и высшие руководители Советского Союза. Например, Анастас Микоян (фрагмент беседы приводит в своей книге Валентин Бережков, работавший в свое время переводчиком у Сталина и Молотова): «У Сталина была причина расправиться с Литвиновым. В последние годы войны, когда Литвинов был уже фактически отстранен от дел и жил на даче, его часто навещали высокопоставленные американцы, приезжавшие тогда в Москву и не упускавшие случая по старой памяти посетить его. Они беседовали на всякие, в том числе и на политические, темы.

В одной из таких бесед американцы жаловались, что советское правительство занимает по многим вопросам неуступчивую позицию, что американцам трудно иметь дело со Сталиным из-за его упорства. Литвинов на это сказал, что американцам не следует отчаиваться, что неуступчивость эта имеет пределы и что если американцы проявят достаточную твердость и окажут соответствующий нажим, то советские руководители пойдут на уступки. Эта, как и другие беседы, которые вел у себя на даче Литвинов, была подслушана и записана. О ней доложили Сталину и другим членам политбюро… Сперва Сталин хотел судить и расстрелять Литвинова. Но потом решил, что это может вызвать международный скандал, осложнить отношения между союзниками, и он до поры до времени отложил это дело. Но не забыл о нем. Он вообще не забывал таких вещей. И много лет спустя решил привести в исполнение свой приговор, но без излишнего шума, тихо. И Литвинов погиб в автомобильной катастрофе…»

Писал о неслучайности смерти Литвинова и Никита Хрущев: «Таким же образом хотели организовать убийство Литвинова. Когда подняли ряд документов после смерти Сталина и допросили работников МГБ, то выяснилось, что Литвинова должны были убить по дороге из Москвы на дачу. Есть там такая извилина при подъезде к его даче, и именно в этом месте хотели совершить покушение. Я хорошо знаю это место, потому что позднее какое-то время жил на той самой даче. К убийству Литвинова имелось у Сталина двоякое побуждение. Сталин считал его вражеским, американским агентом, как всегда называл все свои жертвы агентами, изменниками Родины, предателями и врагами народа. Играла роль и принадлежность Литвинова к еврейской нации…»

Особенностью еще одной аварии, произошедшей буквально спустя несколько недель после смерти Сталина, а именно в конце марта 1953 года, было то, что в ней погиб иностранный подданный, причем из капиталистической страны. Лауреат Сталинской премии за 1952 год, писатель, один из организаторов французского Сопротивления Ив Фарж отправился из Москвы в Тбилиси, чтобы, как писали газеты того времени, «ознакомиться с хозяйственным и культурным строительством Грузинской ССР». На обратном пути из Гори, где француз посещал сталинский мемориал, в темноте его автомобиль столкнулся с грузовиком. Сопровождавшие Фаржа лица не пострадали, а вот сам он скончался от полученных ран в ночь с 30 на 31 марта. Согласно некоторым исследователям, Фарж, несмотря на свои коммунистические убеждения, по возвращении на родину мог поведать западной общественности о «деле врачей» и прочих «делах», что совсем не входило в планы Берии, метившего в новые вожди. Впрочем, каких-либо доказательств неслучайности гибели Ива Фаржа до сих пор не обнаружено…

И наконец, еще одно дорожно-транспортное происшествие. 7 января 1962 года по дороге из Москвы в Дубну на скользкой трассе занесло автомобиль, в котором ехал знаменитый советский физик Лев Ландау. Машину понесло под двигавшийся навстречу грузовик. Удар пришелся в правую сторону – туда, где сидел Лев Давидович. Ранения были столь серьезными, что даже лучшие нейрохирурги считали травмы несовместимыми с жизнью. Но Ландау выжил, проведя 59 дней в коме.

Отношения Льва Давидовича с советской властью всегда были напряженными – физик не скрывал своего негативного отношения к режиму. Например, после венгерских событий 1956 года власть он назвал фашистской, а ее руководителей – палачами. Даже в условиях «хрущевской оттепели» такое не прощалось. Но Ландау был слишком известен за границей, и тронуть его боялись. И когда случилось несчастье, слухи о том, что авария была подстроена, просто не могли не появиться…