2. Куксин Илья. Пять покушений на Сталина // Вестник. – № 16 (223). – 3 авг. – 1999.

3. Миссия выполнима // Информационное агентство Удмуртии «День», 22 января 2004 года, http://www.dayudm.ru/article.php?id=1918.

4. Морозов К. н. Причастны ли Я. М. Свердлов и Ф. Э. Дзержинский к покушению на В. И. Ленина 30 августа 1918 г., http://socialist.memo.ru/discuss/d03/d0300.htm.

5. Назаров Г. Новое прочтение дела Фанни Каплан // Чудеса и приключения. – 1995. – № 7.

6. Хавкин Б. Л. Убийство графа Мирбаха // Независимое военное обозрение. – 2007 г. – 1 июля.

Они были молоды и популярны, один – в армии, второй – в Ленинграде. В какой-то момент их популярность стала выходить за рамки их «вотчин» и они погибли. Первый – во время несложной операции, на которую он идти не хотел, но его заставил это сделать ЦК. Второй – от руки одиночки, который странным образом проник в строго охраняемый объект. Удивительным образом смерть этих двоих была выгодна третьему – тому, который претендовал на абсолютную власть в огромной стране…

Михаил Фрунзе и Сергей Киров. При определенных раскладах и тот, и другой могли претендовать на то место, дорогу к которому так упорно и с таким тщанием расчищал себе Иосиф Сталин. Была ли их смерть случайной, было ли все так, как показало официальное расследование, или же они пали в результате заговора, стали жертвами политической борьбы? Этот вопрос уже не один год является предметом нешуточных споров среди историков, попытки докопаться до истины предпринимались даже в советские времена, когда, казалось, такие темы были под запретом. Но… Когда Никита Хрущев в 1950-х годах ознакомился с результатами работы особой комиссии, расследовавшей дело об убийстве С. М. Кирова, он взял документы, положил их в свой личный сейф и сказал: «Пока в мире существует империализм, мы не можем опубликовать такой документ». На что в своих воспоминаниях Вячеслав Молотов ответил: «Хрущев намекнул, что Кирова убил Сталин. Кое-кто до сих пор в это верит. Зерно было брошено. Была создана комиссия в 1956 году. Человек двенадцать разных смотрели много документов, ничего против Сталина не нашли… Комиссия пришла к выводу, что Сталин к убийству Кирова не причастен. Хрущев отказался это опубликовать – не в его пользу».

Кто же прав? Казалось бы, давно открыты архивы, известны мельчайшие подробности. Но если заговор и преступление хотят скрыть – их скрывают, а если заговора и преступления не было… то их и не было. Как и в случае других загадок и тайн, о которых мы рассказываем в этой книге, преждевременная смерть Михаила Фрунзе и убийство Сергея Кирова являют собой пример того, как исследователи, выбрав для себя определенное направление, старательно идут по нему и не менее старательно не замечают ничего другого. Хотелось бы сразу предупредить читателя – мы не претендуем на истинность и однозначность ответов, на четкое, как на пешеходном переходе, разделение на черное и белое. Наша задача и цель – рассмотреть все варианты и версии, определить возможные мотивы и аргументы. И, не делая бесспорных выводов, попытаться разобраться в том, что случилось с людьми, оставившими очень заметный след в истории Советской империи…

Начнем, как и полагается в таких случаях, с биографии. Михаилу Фрунзе было отпущено немного – он не дожил и до 41 года. При этом восемь лет, треть своей сознательной жизни, он провел в тюрьмах и ссылках.

Он родился 2 февраля (21 января по ст. ст.) 1885 г. в городе Пишпек Семиреченской области Туркестанского края (ныне – столица Киргизстана Бишкек), в семье фельдшера, молдаванина по происхождению. После окончания Пишпекского городского училища Михаил поступил в гимназию города Верного (ныне Алматы, Казахстан), окончил ее с золотой медалью. В 1904 году стал студентом экономического отделения Петербургского политехнического института.

«Мы постоянно с нетерпением ожидаем известий с Дальнего Востока. Дела наши как будто начинают там поправляться. Жаль вот только, что у нас в России среди студенчества опять происходят беспорядки. В Петербурге закрыт Горный институт, прикрыты женские медицинские курсы и, как говорят, университет. В Москве – Бестужевские педагогические курсы для женщин. Это все на руку японцам. Они очень рассчитывают на эти беспорядки, а в особенности на смуты, могущие произойти в Финляндии, Польше и на Кавказе среди евреев и армян» – это письмо одному из своих товарищей Михаил Фрунзе написал в марте 1904 года. Мысли и взгляды, больше подходящие для человека очень умеренных, если не правых взглядов. И вдруг удивительная метаморфоза – уже в ноябре этого же, 1904 года он был арестован за революционную деятельность.

Петербургский политех создавался по указанию Сергея Юльевича Витте, премьер-министра Российской империи, в нем работали лучшие профессора, причем как «технари», так и гуманитарии. Политех, как и большинство других вузов страны, бурлил и кипел недовольством. «Макаки», как презрительно именовали японцев русские генералы в начале войны 1904–1905 годов, показали огромной России всю ее косность, продажность и бездарность власти. Эти настроения быстро захватили и Михаила Фрунзе. Он вступает в большевистскую фракцию РСДРП («Познакомься с развитием социализма, так как первенствующая сейчас партия – социал-демократов – вся основана на социализме», – восторженно пишет он другу), 9 января 1905 года, в знаменитое «Кровавое воскресенье», принимает участие в демонстрации на Дворцовой площади. Протестующих рабочих и студентов жестоко разгоняет полиция, Фрунзе при этом ранен в руку – позже он признавался, что именно это ранение окончательно сделало из него революционера.

В мае 1905 года партия направляет Михаила в Иваново-Воз-несенск – город, где возник первый в империи Совет рабочих депутатов. Он уже не просто рядовой агитатор, он один из руководителей всеобщей стачки текстильщиков. В конце 1905 года во главе боевой дружины иваново-вознесенских и шуйских рабочих Фрунзе участвовал в Декабрьском вооруженном восстании в Москве. В 1906 году он был делегатом IV съезда РСДРП в Стокгольме, где познакомился с Лениным.

«Я получил начальное военное образование, стреляя в урядника в Шуе, среднее – наметив удар против Колчака, а высшее – на Южном фронте, разгромив Врангеля», – так полушутя Михаил Васильевич, уже в ранге одного из самых выдающихся полководцев Красной армии, рассказывал о том, как он овладевал военной наукой. Меж тем, в марте 1907-го, когда его вместе с Павлом Гусевым арестовали за то, что они пытались убить урядника конно-полицейской стражи Никиту Перлова, было совсем не до шуток.