В начале марта 1917 года председатель Государственной думы М. В. Родзянко довел до сведения императора Николая, что сохранение самодержавия возможно лишь при условии передачи трона цесаревичу Алексею при регентстве брата царя, великого князя Михаила Александровича.

Николай Романов отрекся от престола в пользу своего брата, но исправить ситуацию это не помогло. Вскоре Михаил Александрович также подписал манифест об отречении.

В России наступала новая, так называемая республиканская эпоха.

В ночь с шестнадцатого на семнадцатое июля 1918 года во исполнение постановления Уральского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, возглавлявшегося большевиками, в соответствии с личными санкциями Владимира Ульянова (Ленина) и его соратника Якова Свердлова состоялась казнь бывшего российского императора Николая II Романова, его семьи и прислуги в подвале дома Ипатьева, или, как его называли, «дома специального назначения» в Екатеринбурге.

До последнего мгновения жизни царственных особ сопровождали и были казнены вместе с ними лейб-медик Евгений Боткин, повар Иван Харитонов, камердинер Алексей Трупп и горничная императрицы Анна Демидова.

Останки членов императорской семьи и их слуг будут найдены в июле 1991 года неподалеку от Екатеринбурга под насыпью Старой Коптяковской дороги. 17 июля 1998 года прах членов императорской семьи был захоронен в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга.

В 1917 году после Февральской революции, отречения от престола и домашнего ареста бывший российский император Николай II Романов и его семья по решению Временного правительства были высланы в город Тобольск.

После прихода к власти большевиков и начала гражданской войны, в апреле 1918 года, было получено разрешение Президиума ВЦИК четвертого созыва о переводе Романовых в Москву с целью проведения над ними суда. Чем бы закончилось дело в этом случае, сказать сложно. Но вряд ли советское правительство рискнуло бы официально отправить на смерть венценосную чету, а тем более их детей. Возможно, именно в связи с этим суд так и не состоялся.

Большевики решили якобы по причине наступления Чехословацкого корпуса и белой Сибирской армии на Восточном фронте в срочном порядке осуществить казнь семьи бывшего императора в Екатеринбурге, куда на тот момент она и была переправлена.

Правда, если верить показаниям некоторых свидетелей, существовала опасность самосуда в случае задержки казни: всеобщая ненависть к Романовым на тот момент дошла до такого уровня, что ничего уже не могло ее остановить.

В качестве одной из «официальных» причин расстрела советские власти называли заговор с целью освобождения Николая II. Однако, по воспоминаниям самих участников операции по ликвидации Романовых, этот заговор на самом деле являлся провокацией, наскоро состряпанной большевиками с целью получить основания для казни.

В Екатеринбурге семья Романовых была размещена в «доме особого назначения» – реквизированном особняке горного и военного инженера-строителя Н. И. Ипатьева. Здесь с семьей Романовых проживали пять человек обслуживающего персонала: доктор Е. С. Боткин, камердинер А. Е. Трупп, горничная императрицы дворянка А. С. Демидова, повар И. М. Харитонов и поваренок Л. Седнев. Первым комендантом «дома особого назначения» был назначен комиссар А. Д. Авдеев.

Согласно официальной советской версии, решение о расстреле было принято только Уралсоветом, Москва же была уведомлена об этом якобы лишь после смерти семьи. А как же было на самом деле?

В начале июля 1918 года уральский военный комиссар Филипп Голощекин выехал в Москву для решения вопроса о дальнейшей судьбе царской семьи.

Уралсовет на своем заседании 12 июля принял постановление о казни, а также о способах уничтожения трупов и 16 июля передал сообщение (если телеграмма подлинная, поскольку архивный ее источник отсутствует) об этом по прямому проводу в Петроград, Г. Е. Зиновьеву.

Таким образом, телеграмма, содержащая решение о казни Романовых, о котором условился Голощекин во время своего пребывания в столице, была получена в Москве 16 июля в 21 час 22 минуты. Однако Уралсовет просил еще раз письменно подтвердить это ранее принятое решение, ссылаясь на «военные обстоятельства», так как ожидалось падение Екатеринбурга под ударами Чехословацкого корпуса и белой Сибирской армии. И подтверждение было дано.

Среди исполнителей не было согласия о способе приведения приговора в исполнение. Высказывались предложения заколоть Романовых в постелях во время сна или забросать спальни гранатами. Наконец победила точка зрения Якова Юровского, предложившего разбудить их среди ночи, приказать спуститься в подвал под предлогом того, что в городе может начаться стрельба и оставаться на втором этаже небезопасно, и расстрелять.

Воспоминания коменданта «дома особого назначения» в городе Екатеринбурге Я. М. Юровского помогают воспроизвести практически полную картину происходивших тогда событий.

16 июля Яковом Юровским была получена телеграмма из Перми, в зашифрованном виде содержавшая приказ об уничтожении семейства Романовых и сопровождающих их лиц. Филипп Голощекин предписывал привести приказ в исполнение.

В полночь часов ожидался приезд машины для вывоза тел погибших. В 18 часов 16 июля конвоиры увели мальчика-поваренка Седнева, что чрезвычайно обеспокоило как самих Романовых, так и их людей. Доктор Боткин нанес визит Юровскому, чтобы спросить, чем вызван подобный шаг. Ему было сказано, что приехал дядя мальчика, который хочет повидаться с племянником. В действительности мальчик уже на следующий день был отправлен на родину в Тульскую губернию, ему позволили жить.