Она не знала, зачем он настоял на том, чтобы они взяли его с собой в лодке изучать прямоугольники низкорослых камышей. Элис стиснула зубы и поковыряла дно босой ногой, пытаясь определить, что скрывается под илом. Поднявшаяся со дня муть не давала ничего рассмотреть. Она закатала рукава и опустила в воду обе руки. Над затонувшим сооружением было мелко, едва по колено. Но, тем не менее, попытка дотянуться до дна руками означала, что ей придется почти окунуть в воду лицо. Она порылась в иле и переплетенных корнях, а затем ощупала кончиками пальцев то, что открылось под ними. После чего выпрямилась, мокрая, но улыбающаяся.

— Известка и камни. Причем правильной формы, как будто вытесанные и уложенные в кладку.

— И что же это? Что мы нашли?

Когда Лефтрин остановил баркас, а затем спустил лодку, чтобы исследовать прямоугольник низких камышей, драконы тоже прервали путь и вернулись к людям. И теперь Меркор с парой собратьев отправился на разведку сам. Он протянул лапу, попробовал на прочность скрытую водой конструкцию, а затем выбрался наверх и встал рядом с Элис.

— Осторожнее! — встревоженно вскрикнула она. — Может просесть.

— Нет, — кратко возразил он. — Кладка рассчитана на то, чтобы выдерживать вес дракона.

Меркор добрел до края, развернулся и снова подошел к Элис.

— Где-то здесь, — пробормотал он, а затем: — А. Вот оно.

Он зацепил что-то когтями и потянул.

— Застряло, — проворчал он.

— Что там? — поинтересовалась Элис.

— Что ты делаешь? — одновременно с ней спросил Лефтрин, пока дракон, взревев от натуги, тянул что-то под водой.

Результат не заставил себя ждать. Элис испуганно вскрикнула, когда ил и вода у нее под ногами внезапно потеплели. Голубоватый свет неравномерно залил затопленный прямоугольник — кое-где он сделал воду прозрачной, словно стекло, но местами его остановили спутанные корни. Элис поспешно двинулась обратно к лодке, шлепая по стремительно нагревающейся воде. Она взялась за борт, и Лефтрин, уже не заботясь о ее самолюбии, схватил ее за ворот рубашки и пояс брюк, чтобы затащить в лодку.

— Отходим! — крикнул он Седрику, и оба взялись за весла, чтобы отвести лодку подальше от светящегося и гудящего прямоугольника.

— Меркор, Меркор, будь осторожен! — крикнула Элис.

Но дракон спокойно улегся в воде. Ранкулос с Сестиканом уже успели присоединиться к нему, да и остальные подтягивались следом.

— Они не должны стоять под водой, — растянувшись во всю длину, мечтательно проговорил Меркор. — Некогда их строили рядом с самыми красивыми домами у озера, для драконов, чтобы радовать их, когда они решат наведаться в гости. В прохладный вечер, в дождливый день у дракона всегда было теплое и удобное лежбище.

— Гостевые постели для драконов, — слабым голосом проговорила Элис.

— Хм. Можно сказать и так. Восхитительно теплые. Даже теперь на них можно погреться.

Тем временем Сестикан тоже улегся в воду. Он вздохнул и вытянулся. Вокруг драконов вода уже начала мерцать от жара. Кало вскарабкался на каменную площадку вслед за ним, и ему еще хватило места. Остальные драконы подтянулись поближе, с завистью поглядывая на товарищей и как можно теснее прижимаясь к источнику тепла. На поверхность воды начали вырываться вереницы пузырьков.

— Значит ли это, что вы знаете, где мы? Мы уже рядом с Кельсингрой? Это место было ее частью? — засыпала Элис вопросами блаженствующих драконов.

Рядом с нею внезапно зевнул Седрик.

— Сейчас ты ничего от них не добьешься, — произнес он тихо. — Они так долго мечтали о тепле и теперь едва ли не отупели от него.

И верно, сейчас они напоминали скорее жмущихся друг к другу коров, а не драконов. Даже Седрик задышал медленнее и глубже. Элис смотрела на него почти с ужасом, не в силах отвести взгляд. Его глаза начали сонно слипаться.

— Что происходит… — начал Лефтрин, но Элис жестом остановила его.

— А Релпда помнит это место? — спросила она, придвинувшись ближе к Седрику.

— Таких мест было много, — вздохнул он. — Старшие радушно встречали драконов. Они боролись за их расположение, и, чтобы привлечь внимание самых могучих, зажиточные Старшие не жалели сил на обустройство своих огромных гостей.

— Значит, таких лежбищ было много?

Теперь пауза перед ответом оказалась дольше.