А еще помнят поисковики. Они эту песню слушали в натуральном, авторском, можно сказать исполнении. Еще во время Первой мировой в исполнении солдат сибирских частей. А написал стихи известный писатель Гиляровский. Уже потом на мотив песни насочиняли разные тексты, а в историю вошел вариант о красных воинах.

Слова песни вспомнились спонтанно, когда поисковики вышли к гряде холмов и свернули на дорогу, шедшую вдоль них. Здесь уже был простор, была свобода, и взгляд видел горизонт за много километров, а не стену деревьев в десятке шагов.

Там, у горизонта, угадывалось русло реки Бреаш. О ней упоминал Асоха и другие торговцы. По реке изредка ходили небольшие гребные торговые суда из империи. Домининги своего речного флота не имели, если не считать плотов и лодок.

Те же торговцы говорили, что Бреаш протекает по землям нескольких владений. Так что здесь могли быть как земли Хорнора, так и его соседа Мивуса.

Река – хороший ориентир, а на ее берегах должно хватать поселений. Можно смело идти вдоль, ежели будет надобность. Но пока таковой не было.

Поисковики миновали холмы, перешли реку, благо на карте были отмечены мелкие участки, и к полудню достигли края рощи. Два поселения благополучно обошли и ускользнули от группы то ли охотников, то ли лесорубов.

Начиная с рощи шла возвышенность. Поисковики решили сделать привал в роще, но сперва осмотреться.

Первым подал голос Макс:

– На пять часов отряд всадников. Дальность – восемь с половиной кэмэ. Количество… десять или одиннадцать.

Отряд шел легкой рысью перпендикулярно движению группы. Прямо к реке. Фактически удалялся.

– На девять, дальность четыре, – сообщил Михаил. – Четверо пеших, вооружены. Дальше три – поселение.

– Ну вот и зашевелились… А то все тихо да тихо.

– Еще один отряд, на шесть часов, – вновь сказал Макс. – Пятеро или шестеро. Дальность… блин, горка мешает. Но больше пяти кэмэ. Может, шесть или чуть больше.

Бинокли поисковиков самой новой модели с кратностью двадцать имели встроенные дальномеры и могли измерять расстояние до десяти километров. Так что парни хорошо видели фигуры людей и даже различали некоторые детали.

Правда, оружие видели не всегда, но тут срабатывал опыт. Если группа да еще верхом – точно воины. Крестьяне столько лошадей не имеют и никуда не поскачут.

– Какая-то нездоровая активность, – пробормотал Макс. – Как бы не налететь на такой отрядик.

Артем успел посмотреть на оба конных отряда и на пеший, убрал бинокль и махнул рукой.

– Привал пока отставить. Выберем более спокойное место. Вперед! Обойдем всех.

– Может, у них тут местные разборки? – предположил Виктор.

– Все может быть. Но нам все разборки побоку. Идем мимо, не вмешиваемся.

– Если только сами не полезут, – уточнил Макс.

– Только если сами.

Но принцип невмешательства продержался недолго.

Отдаленный шум они услышали, когда углубились в рощу. Ржание лошади, вскрик, даже звон железа. Звуки шли откуда-то слева. Орешкин, желая обойти источник шума, свернул на малозаметную тропинку, и она через десяток минут вывела поисковиков к лесной развилке. Прямо к шапочному разбору.

На дороге стояла длинная повозка, запряженная парой здоровых битюгов. Рядом с повозкой на ближней обочине лежал воин с окровавленной головой. Еще один скрючился под повозкой и уже подплыл кровью.

На самой повозке шла возня, причем по вскрикам и ругани можно догадаться, что там мужик и баба. Еще одна возня была под кустарником. Двое здоровых воинов раскладывали женщину и срывали с нее одежду. Неподалеку лежал ребенок лет пяти. То ли без сознания, то ли связанный.

Артем двинул коня вперед и увидел еще несколько трупов, двух коней у дерева и едва шевелящегося воина на обочине.

Появление всадников осталось незамеченным, победители схватки были заняты, а их жертвы вообще ничего не видели. На повозке резко вскрикнула баба, охнула, а потом довольно засопел мужик. Кстати, он, как и те, что раскладывали другую бабу у кустов, был обряжен в доспехи. Видимо, была стычка, и победители решили получить приз на месте.

Артем еще не придумал, как быть, и несколько секунд просто смотрел по сторонам. Из задумчивости его вывел голос Макса:

– Вступаем или едем дальше?