Шрифт:
– Ты мне не нравишься.
– Теперь ты врешь. Ты часто врешь, совсем, как Мордашка. Я могу определять, когда кто-то притворяется, - Мин шагнул к девушке.
– Ложью ты от меня не отделаешься.
– У меня неприятности. Меня скоро отстранят от полетов.
– Меня тоже. Мы с тобой подходим друг другу.
– Если меня не убьют, моя карьера слетит в нору сарлакка. Призраки станут стыдиться меня.
– Подумать только, меня тоже! Смотри, сколько у нас с тобой общего.
– Прекрати!
Кажется, она сама удивилась взрыву эмоций и поспешно огляделась, как будто хотела убедиться, что на громкий выкрик не сбежалось уже пол-эскадрильи.
Мин тоже покрутил головой по сторонам, но лагерь занимался собственными делами. Никто не пришел выяснять, по какому поводу вопли.
А когда Мин опять посмотрел на Лару, то понял, что что-то изменилось. Девушка стояла неподвижно, уперши холодный, как у змеи, взгляд в одну точку. Мину захотелось попятиться.
– Я могу произнести двенадцать слов, - медленно выговорила Лара, - и когда закончу, ты уйдешь и навсегда оставишь меня в покое. Как минимум.
Она говорила правду. Мин знал это и злился, что его отсылают прочь, как сопливого мальчишку.
– Так не произноси их.
Вообще-то он ничего такого не хотел, просто хотел дать ей знать. Больше ничего, можно было уходить… но Лара казалась такой несчастной и одинокой, что оставить ее в' таком состоянии Мин не смог. Никто лучше него не знал, каково быть одному. Дойнос взял девушку за плечи и притянул к себе.
Их губы встретились. Рот Лары был крепко сжат. Но Мин не сдавался, и в конце концов ему ответили почти настоящим поцелуем. Руки Лары скользнули кореллиа-нину за спину, ее пальцы взъерошили волосы у него на затылке. Девушка едва слышно застонала.
Странно, как он вообще умудрялся существовать, когда у него в объятиях не было Лары?
– Уже лучше… - пробормотал Мин и понял, что сболтнул лишнего..
Лара глянула на него так, будто он вылил ведро краски в двигатель ее машины.
– Благодарю, - отчеканила девушка, - за то, что напомнил о масштабе своего самомнения.
Она отодвинулась и толкнула кореллианина обеими руками.
Мин ударился затылком об обшивку истребителя.
– Ты чего?..
Лара протиснулась мимо него, - Держитесь от меня подальше, лейтенант, - процедила она, прежде чем решительно зашагать прочь.
– Просто держитесь как можно дальше.
Учитывая, как неуклюже он общается с сослуживцами, не так уж плохо. Мин вздохнул и побрел к своему истребителю, подавив желание насвистывать веселую песенку.
Глава 5
Грузовик, который Сетием Эрвик вел над сельской дорогой, был не слишком молод и не слишком быстр, зато выдерживал несколько тонн груза. В данном случае - свежего хлеба, который семья Эрвика выпекала для жителей Лави-сара.
Водитель пригладил ладонью остатки некогда бурной шевелюры. Вообще-то он мог позволить себе новую машину, что-нибудь эдакое, спортивное, всем на зависть. Но отец не оставил ему в наследство какой-нибудь симпатичный-концерн, который Эрвик превратил бы в еще более доходное предприятие, после чего можно начинать сорить деньгами налево и направо. Сетием был почти богат - но не настолько, чтобы погрязнуть в роскоши.
Верно, капиталец он сколотил. Верно, он потратил на это долгие годы. Любимое дело стоило ему жены, которая объявила, что ей все надоело, что она скучает, что им не о чем разговаривать, и растительности на голове. Годы шли, волосы редели. По крайней мере, о них можно было поговорить. Ничего страшнее лысины с Эрви-ком все равно никогда не случалось. Зато он был почти богат, а это уже кое-что. Если его благоразумная дочурка вырастет именно такой, какой он ее воспитывает, она унаследует солидное дело и превратит его в богатый концерн. И станет респектабельной по-настоящему.
Эрвик проехал развилку и впервые в жизни повстречался с приключением.
Впереди на пыльной дороге что-то лежало. Сетием Эрвик подъехал ближе и, несмотря на слепивший глаза солнечный свет, разглядел тело. Человеческое тело. Хлебопек сбросил скорость. В нескольких шагах от находки он поставил машину в режим парения и спрыгнул на землю, чтобы взглянуть поближе.
В пыли лежала пухленькая темнокожая девушка, глаза ее были закрыты, а если судить по позе, то ее сбросили… откуда? С флаера? Эрвик не видел на дороге следов репульсационных двигателей. Из седла? Нет следов копыт или лап. Вообще никаких следов вокруг тела.
Одетая в черный летный комбинезон вроде тех, что носят имперские пилоты, незнакомка лежала в призывной позе, подложив одну руку под голову, будто ее внезапно сморило. Да и ранена она не была, раненые так не лежат. И одежда не запылилась.
Эрвик нагнулся. Может быть, она кого-нибудь ждет? Может быть, не следовало останавливаться?
– Э-э… дамочка!
Темнокожая странная девушка открыла глаза и улыбнулась; на шеках заиграли симпатичные ямочки.
– Да-а?
– она прикрыла ладонью зевок.