— Я только что получил от своего шефа приказ доставить вас к нему. Я просил у него несколько дней отсрочки, чтобы дать вам возможность подлечиться, но он потребовал вылетать сегодня же. Пока отдыхайте, через два часа я приду за вами, и мы поедем в аэропорт.

Мирех повернулся и ушел.

Геллан некоторое время смотрел в потолок, потом неожиданно громко выругался:

— Мать твою!.. — и подумал: «Поедем в аэропорт — значит, они хотят увезти меня куда-то далеко. Естественно, близко самолетом не возят, близко пешком ходят, например, в сортир. Что делать?»

Эдвард чувствовал, как все больше его охватывает беспокойство. Его, совершенно беспомощного, увезут из Бейрута. И дальше что? Скорее всего его доставят в какое-нибудь укромное местечко и превратят в очередного заложника. А там можно и годами торчать, да и на тот свет в любой момент отправить могут.

«Надо бежать!» — подумал Эдвард и осторожно сел.

Сильное головокружение и боль в боку заставили долго оставаться в таком положении. Бетонный пол был прохладным, ступни ног ощущали его шероховатость. Постепенно головокружение и боль прошли, и тогда Эдвард медленно поднялся и, тяжело ступая, подошел к окну. Оказалось, что он находится на первом этаже. И тут же увидел стоящее в метрах десяти от окна дерево, а под ним на выгоревшей траве — охранника с автоматом Калашникова.

«Любят они эти русские игрушки», — подумал Эдвард об автомате и впервые глянул на себя. Он был в одних плавках. Морщась от боли, прошелся по комнате, хотя и так было ясно, что в комнате его одежды нет.

Тогда он выглянул: за дверью маленькая комната, а у противоположной стены на стуле — бородатый мужчина с автоматом. Увидев Геллана, он встал и молча смотрел. Эдвард ткнул себе пальцем в грудь и хрипло сказал:

— Мне нужна моя одежда. Бородатый молчал.

Тогда Эдвард жестами показал, что он хочет одеться.

Мужчина кивнул и тоже жестом приказал Геллану вернуться в свою комнату.

— Идиот! — бросил Геллан и побрел к своей кровати. И, неожиданно улыбнувшись мысли о своем глупом положении, подумал: «Без штанов далеко не уйдешь». Он осторожно лег, закрыл глаза и попытался заснуть.

Но в комнате снова появился Мирех. С ним были двое мужчин, в руках которых была одежда и обувь Геллана.

Мирех хмуро сказал:

— Одевайтесь, нам пора ехать.

Он тут же вышел из комнаты. Мужчины помогли Геллану одеться и под руки вывели во двор. Геллан сразу же увидел то самое дерево и скучавшего охранника с автоматом. Его подвели к небольшому автофургону и через широкую заднюю дверь посадили внутрь. Дверь захлопнулась, и Эдвард оказался в темноте. Заурчал мотор, и фургон довольно резко тронулся с места. Эдвард чуть не упал с узкой длинной скамьи.

Ехать пришлось довольно долго. Когда машина остановилась и Геллан, прикрывая глаза от солнца, вышел наружу, то первое, что он увидел, — несколько легких самолетов и взлетную полосу из серого бетона. Из передней дверки вышел Мирех. Он направился к ближайшему самолету и переговорил с пилотом. Затем повернулся и махнул рукой. Двое мужчин, держа Геллана под руки, подвели к самолету и подтолкнули по узенькой алюминиевой лестнице внутрь.

Оказавшись в удобном кресле, Эдвард осмотрелся. В салоне было восемь — десять кресел. Кроме Геллана, Миреха и двоих сопровождавших мужчин, больше никого не было.

Все происходило быстро и четко. Два пилота заняли места за штурвалами, дверь захлопнулась, и вскоре самолет был в воздухе.

У Геллана заломило в ушах, и он сразу же почувствовал головокружение и тошноту. Чертыхаясь, он откинулся на спинку и закрыл глаза. «Не хватало, чтобы стошнило меня здесь! Наверное, сотрясение мозга получил… А что удивительного, молотили меня ногами по голове, как по бейсбольному мячу. Нет, господин Мирех, пока не верну тебе долг, не успокоюсь! Ты заслужил смерть, ты ее и получишь!.. Если, конечно, я раньше не умру».

Часа через два самолет приземлился. Но Геллану не дали даже дух перевести. Прямо у самолета они вчетвером сели в джип и вскоре оказались у другого большого военно-транспортного самолета.

Прошло не более двадцати минут, и Геллан снова очутился в воздухе. Он даже не успел определить, какие опознавательные знаки были на борту самолета, огромное чрево которого было забито какими-то тюками, ящиками, мешками. Внутри, кроме Эдварда и трех сопровождающих, было еще пятеро мужчин. Они держались обособленно, разместившись поближе к пилотской кабине. Несколько раз Геллан ловил на себе их настороженные, любопытные взгляды.

«Ливийцы, скорее всего, — подумал Геллан, — да и самолет, наверное, тоже ливийский. Ни французы, ни англичане, ни мы, американцы, не предоставим террористам свои машины, да и русские вряд ли дадут такую возможность. Перевозить и грузы, и захваченных террористами людей так свободно из страны в страну — это уже сверх любого нахальства!»

Геллан уже не сомневался, что они из Ливана летели строго на запад. Но куда? Глубокой ночью самолет наконец приземлился. От резкой посадки тюки и мешки кое-где упали со своих мест, и Геллан увидел, что под ними находились длинные темно-зеленые ящики. Он не сомневался, что в них оружие.