Мельников спросил:

— А что хранится на шестом и седьмом складах?

— Мины, снаряды, патроны и различное оружие.

— А где хранятся самолеты?

— Спортивные? На восьмом складе. Это самый большой склад. Он охраняется афганскими моджахедами. Они ни с кем не общаются, и к ним не подойдешь. Чуть что, сразу же стреляют.

— А что еще там есть?

— Не знаю. Это, по-моему, самый секретный склад.

— А почему ты решил, что там хранятся спортивные самолеты? — спросил капитан.

— Нам так объяснил Мусафи.

— Твой командир?

— Да. Он злой, как гиена, а характер у него — как у крокодила, никого не пожалеет.

— А когда он тебе сказал, что самолеты спортивные?

Гамаль на мгновение задумался.

— Около месяца назад. Нас было четверо. Мы сдали дежурство и собирались идти отдыхать. В этот момент мы увидели, как из больших крытых грузовиков выгружают и загоняют на восьмой склад эти самолеты. Они были без крыльев. К нам подскочил Мусафи и прогнал, но при этом он крикнул: «Чего уставились?! Что, спортивных самолетов не видели?»

— А сколько их там?

— Самолетов? Лично я видел семь, но там стояло еще три или четыре грузовика, мне кажется, что в них были тоже самолеты. Да, я вспомнил, в этих же складах хранятся и дельтапланы, и, по-моему, ракеты. Я как-то видел, что у склада выгружали из нескольких больших грузовиков длинные ящики. В таких ящиках могут быть только ракеты.

Мельников внимательно огляделся и, понизив голос, спросил:

— Гамаль, ты не отказываешься от нашего плана?

Взорвать склады? Конечно, не отказываюсь. Только поэтому я не сбежал от этого бандита Керима и садиста Мусафи. Я готов это сделать в любой момент.

— А взорвать восьмой склад ты можешь?

— О, это трудно. Афганцы преданы Кериму и никого из посторонних не подпустят к складу.

— Ну а если подкупить кого-нибудь из них? — спросил Полещук.

— По-моему, бесполезно. Они служат Кериму не только за деньги, но и по приказу своих командиров, которые держат их семьи в Пакистане как заложников.

Мельников, не забывая поглядывать по сторонам, явно что-то обдумывал, и на какое-то время наступила неловкая пауза.

Полещук вопросительно посматривал на командира и ждал, какое решение примет он.

Капитан, уточняя, спросил:

— Гамаль, а сколько человек охраняют восьмой склад?

Гамаль на мгновение задумался, а затем уверенно ответил:

— Днем — четыре, вечером и ночью — шесть.

— Оружие?

— Автоматы Калашникова, а со стороны гор — крупнокалиберный пулемет. С угловой вышки подходы к складу могут простреливаться из ручного пулемета.

— Скажи, друг, — Мельников положил руку на плечо Гамаля, — а если взорвать склады, которые ты охраняешь, ну, заодно и восьмой?

— Во время разгрузки или загрузки автомашин, по-моему, труда не составит это сделать, но вот восьмой склад… — Гамаль с сомнением покачал головой. — Даже не знаю… Охрана меня точно не подпустит к складу.

— Они тебя в лицо знают?

— По-моему, нами афганцы совершенно не интересуются. Они живут здесь лучше, чем мы. Платят им в несколько раз больше.

— А если нам удастся нейтрализовать охрану восьмого склада?

— Когда начнется стрельба, тут же прибудет помощь, не забывайте и о запорах. Чтобы взломать замки, засовы, надо потратить немало времени.

— Склады сигнализацией не оборудованы?

— Сигнализации нет, Керим надеется на охрану.

— Хорошо, Гамаль, давай сделаем так. Ты попытайся пронести в склады, которые охраняешь, мины. Они радиоуправляемые, и могут пригодиться в любой момент. Ну а что касается восьмого склада, то мы подумаем, как это сделать.

— Но вы имейте в виду, что перед взрывом мне надо исчезнуть из Центра.

— Ты так считаешь? — спросил Мельников.

— Конечно. Даже если Керим и не заподозрит меня, он все равно прикажет расстрелять или повесить. Я же отвечаю за сохранность складов.

— Логично. Тогда сделаем так. Подготовим все к взрыву, и ты по нашему сигналу уходишь.

— Так что, сегодня установим мины? — спросил Гамаль.

— Сегодня ночью на складах будут работать?

— Думаю, что будут. В последнее время каждую ночь загружается по четыре-пять грузовиков, а разгружается меньше — один-два. А мины, которые вы мне дадите, большие?

— Нет, в карманы запросто уместятся.

— Хорошо. Когда я их получу?

— Сегодня. Ты скоро пойдешь на дежурство?