— Да ладно тебе. А где сама Берни?

Коул покачал головой:

— Хоффман перевел ее в тыл. Сказал, чтобы она занималась бумажной работой, пока не выздоровеет.

— Уверен, ей это ужасно понравилось.

— Ему понадобится нечто большее, чем цветы, чтобы умаслить леди Бумер, это точно.

Итак, на буровой платформе было теперь восемнадцать солдат плюс Треску. Конечно, без Берни здесь можно было обойтись и она отнюдь не была талисманом удачи. В последнее время вокруг нее постоянно гремели взрывы. Однако Бэрду стало ее жаль. Сам он не любил сидеть без дела, когда можно было заняться чем-нибудь полезным, и он хорошо понимал, каково ей сейчас.

— Она может устраивать долгие приятные прогулки своему щенку-людоеду, — заметил он. — И растерзать парочку бродяг. Ей это пойдет на пользу.

Два «Ворона» снова поднялись в воздух, чтобы наблюдать за приближением стеблей. Делать пока было нечего, разве что стоять и гадать, доберутся ли враги до буровой или пройдут мимо. Бэрд переключил рацию на частоту пилотов и прислушался.

Прошло полчаса, прежде чем он услышал то, что ждал.

— Черт!.. Быстроидет. «Четыре-Семь-Один», вы это видите?

— Подтверждаю. Я бы сказал, что это группа стеблей, вряд ли тут один такой раскидистый.

— Каждый воображает себя знатоком, — буркнул Бэрд.

Маркус медленно покачал головой. Должно быть, он тоже прослушивал переговоры — он всегда так делал. Треску подошел к нему, молча посмотрел ему в глаза и кивнул. Затем лидер гораснийцев вышел на середину площадки и крикнул таким голосом, что сразу стало ясно: когда-то он был сержантом-инструктором.

— Внимание, «Изумрудные Столбы»! — проорал он. — Приготовиться к вторжению! Эта платформа — гораснийская территория!

Буровая платформа «Изумрудные Столбы», в трехстах пятидесяти километрах к северо-западу от Вектеса

— Как вы думаете, может, эти штуки выпускают усики, как растения? — Кеван Митчелл оставался на связи, сообщая о продвижении стеблей. — Время от времени оно высовывает ветку из воды, как будто осматривается. Полипов нет. Может, оно ищет берег, чтобы их выпустить?

Дом уже видел врага. Вертолет двигался странными рывками: каждые две минуты зависал на несколько мгновений, затем летел дальше. Луч прожектора плясал на волнах. Но даже в свете заходящего солнца Дом мог разглядеть это.

«Ворон» устремился к буровой платформе. Стебель Светящегося — или стебли, если тварь размножалась делением, — направлялся прямо к «Изумрудным Столбам».

— В следующий раз, когда оно высунет нос из воды, я его еще угощу из пулемета, — сказал Митчелл. — Хотя ему это, по-моему, как слону дробина.

В разговор вмешался Соротки, который, скорее всего, знал, что все остальные тоже их слушают:

— Выше нос, народ, — к нам направляются «Милосердный» и «Зефир». «Фальконер» тоже несется на всех парах, расчетное время прибытия — четыре часа. «Столетие» будет через четыре с половиной часа.

Дом решил, что через четыре часа — это все равно что никогда, но постарался выбросить из головы неприятные мысли. Солдаты заняли свои позиции — выстроились на той стороне, к которой приближался стебель, на обоих главных уровнях. Среди них у поручней виднелись рабочие с разнообразным крупнокалиберным оружием. Вокруг женщины с огнеметом — она сообщила Дому, что ее зовут Аурелия, как и ее бабку, — образовалось довольно большое свободное пространство. Никто не хотел в пылу сражения нечаянно поджариться.

Однако они все равно сидели на пороховой бочке. А приближавшийся враг взрывался сам собой. Дом не мог представить себе ситуацию хуже.

— Мне кажется, это похоже на мицелий, — сказал Бэрд.

— Что?

— Такой гриб, — пробормотал Маркус. — Основная часть внизу, под поверхностью. Мы видим лишь небольшой кусочек.

Дом быстро сообразил, что к чему:

— Значит, нет смысла тратить патроны на эту верхнюю часть, так, что ли?

— Это еще неизвестно. — Маркус поднес к глазам бинокль. — Никогда не знаешь, есть смысл или нет.

Звуки выстрелов, донесшиеся со стороны моря, привлекли внимание Дома. Все затаили дыхание и всмотрелись в волны. «Ворон» выпустил по загадочному существу несколько лент, затем быстро отпрянул: из воды вырвался длинный стебель, темно-серый, испещренный светящимися участками. Все одновременно испустили вздох ужаса. Эта штука могла подняться гораздо выше, чем они думали.

— Так… пулеметом мы его не остановим, — бесстрастно произнес Соротки. — Побережем патроны для его маленьких светящихся друзей.