Безусловно, активные действия разведчиков и вертолетного отряда припугнули мятежников, однако главной причиной вялости мятежников была подготовка к большому наступлению.

«Эти сволочи что-то затевают», – говорили солдаты друг другу и вздыхали, понимая, что этого не избежать.

Из-за историй с ревизорами, чередой нападений в лесу и на базе разведка в полной мере своими обязанностями не занималась. По-хорошему же, следовало продолжать возить людей к озеру и даже к границам запрещенной территории, чтобы выяснить, что задумал враг.

Капитан Мур пытался помочь, используя свои каналы, однако его обращения в вышестоящие органы СБ ни к чему не привели. Там были загружены собственной работой и твердили одно – давать информацию по закрытой территории не имеем права.

– Так дайте по открытой! – просил Мур.

– По открытой ничего нет. Поймите, у нас много другой работы. Подавайте запрос, и мы рассмотрим его в порядке очереди. Таких, как вы, много, и у каждого горит.

– И когда подойдет очередь?

– Если повезет, через две недели…

– Понятно.

По два раза за день офицеры базы собирались у полковника Соккера и всякий раз с надеждой смотрели на капитана Саскела, полагая, что уж ему-то удалось выведать сокровенные тайны противника. Но до дальних разведрейдов у Саскела и его людей пока не доходили руки.

Пробовали запускать свой козырь – «Си-12К». Байрон честно забрался на нем под самый потолок, выжимая из машины одиннадцать тысяч метров, однако вертолет не имел специальной разведывательной аппаратуры, а без нее джунгли повсюду выглядели одинаково. Впрочем, активную перевозку грузов по речному рукаву Байрон заметил и стоптанную по берегам траву – тоже.

– Жаль, руки у нас коротки, а то бы я пару бомб положил с удовольствием, – вздыхал пилот и только разводил руками.

– Вы должны доставить нам больше информации, капитан Саскел, – сказал полковник Соккер во время одного из совещаний. – Нам нужна глубокая разведка. Если угроза действительно существует, я отдам приказ бомбить разведанные цели. Трястись за свою карьеру не вижу смысла, когда мятежники подойдут большими силами, моя должность будет стоить недорого.

– Есть еще «Мальбрук», – напомнил заместитель Хольмана майор Блейн. – Авиация всегда нас прикроет.

– Да, и это слишком уж очевидно, – вмешался капитан Мур. – На месте мятежников я бы нанес по «Мальбруку» первый удар. На земле база абсолютно беззащитна. Кроме пилотов и механиков там лишь взвод пехотинцев – склады охраняют.

– А если мятежники применят свои любимые безоткатные орудия, они расстреляют самолеты с безопасного расстояния, – заметил Саскел.

– Вот именно. А их всего-то – двадцать четыре борта. Один залп, и вопрос решен.

– Что слышно от вашего начальства, капитан Мур? – спросил полковник.

– У них полно более важных дел. А передавать информацию о закрытой зоне они вообще не имеют права.

– Подумать только, – покачал головой майор Блейн. – Кроме нас, все вокруг придерживаются правил.

– Правил придерживаться легко, когда на тебе не дымятся штаны, – сказал Саскел.

– Их можно понять, – вздохнул полковник. – На Ниланде существуют более горячие участки с открытой фронтовой линией и реальными боевыми действиями. А здесь какая-то заброшенная в джунглях база требует к себе особого внимание. Горючку раз в три месяца привозят, и на этом спасибо. Деньги платят, за штат не выводят…

Не зная о непростом обсуждении в кабинете начальника базы, Джим и Тони возвратились с задания.

Они уложились до обеда, и это уже было хорошо.

Когда шли в столовую, с артбашни часто затявкал миномет. Ствол смотрел на запад и, судя по углу наклона, бил на максимальное расстояние.

Приятели остановились и стали осматриваться, ожидая, не прозвучит ли сигнал тревоги. Однако этого не случилось. Собственно, ничего особенного и не происходило, разведчики часто запрашивали огневую поддержку с просьбой «причесать» подозрительный район.

В столовой было необычно тихо. Все ели молча, не поднимая глаз от тарелок, и почти не разговаривали. Солдаты понимали, что ситуация непростая, и оттого, что офицеры не говорили им всей правды, нервничали еще сильнее.

А тем просто нечего было сказать, поскольку они и сами ничего не знали.

Одно в среде солдат было ясно наверняка: где-то в штабах измена, и Двадцать Четвертую базу уже продали врагам. Бойцы и не подозревали, как близки к истине были их догадки.

Пока Джим и Тони обедали, к ним подошли двое солдат – когда-то их всех вместе привез на базу капитан Саскел.