– Ну ладно, это все лирика, – со вздохом произнес Ферро. – У вас есть перевязочный материал, лекарства, фельдшер?

– Благодарю вас, команданте. Пока всего хватает, если возникнет дефицит, я к вам обязательно обращусь…

Они снова замолчали, глядя на убитых. Потом Хэкман заговорил: – Это я виноват. Я надеялся, что у нас еще будет пара дней для привыкания, оказалось, что – нет.

– Где прежде служили, если не секрет?

– На базе «Джульет». Это в пяти тысячах километров.

– В Родезии, я знаю.

Вспоминая все эти события, Ферро ворочался на кровати, прислушиваясь к завыванию вышедшего на ночную охоту гнуса. Кровожадные мошки в истерике бились о сетку и, обессилев, падали на траву.

Вскоре Ферро заснул, а утро принесло хорошие известия. Команданте Абрахамс вышел на связь и сообщил, что ночью на перевалочную базу – ту, что на острове, были доставлены модульные контейнеры.

Ферро уже знал, что так называлась тара, в которой в разобранном виде доставлялись детали партизанского штурмовика «альбатрос».

Часть этих ящиков уже находилась на территории лагеря, однако хранившиеся в них детали мало напоминали самолет. Ферро вскрывал один – ничего похожего. Он, конечно, понимал, что это лишь детали, однако хотелось бы увидеть что-то конкретное.

Пару ящиков унесло большой водой, вернуть удалось только один. Ферро тогда с опаской сообщил в Свазиленд о пропаже, но там это никого не огорчило. Пропал ящик? Не беда, пришлем еще десяток. Богатство развращало камрадов, Ферро был в этом уверен.

– А еще на этой неделе доставят броневики. И не в коробках, а целиком, – похвастался Абрахамс. Ему хотелось блеснуть своей осведомленностью.

– Ух ты! – не скрывая радости, воскликнул Ферро. Самолеты – это хорошо, однако он понимал, что сам никогда не сядет за штурвал партизанского штурмовика, а вот танки и бронетранспортеры – совсем другое дело. И хотя танки не прыгали через минные поля, в столкновении с пехотинцами могли обеспечить победу.

Закончив разговор с Абрахамсом, Ферро позвал своего водителя Карла и, передав управление лагерем заместителю, поспешил на берег.

Через двадцать минут его скутер пристал к острову, где находилась перевалочная база. В центре заросшего джунглями острова была вытравлена большая площадка, на которую по ночам садились тяжелые вертолеты. Поскольку территория для федералов была недоступна, доставляемые грузы хранили на виду, в больших палатках. Рядом, в дощатых домиках, жили кладовщики и охрана.

Заметив прибывшего Ферро, ему приветливо помахал комендант острова – камрад Тиссен.

– Приехали посмотреть на наших красавцев, команданте?

– Ну… я хотел бы увидеть крылья. А то у меня в лагере какие-то… – Ферро не нашел подходящего слова. – В общем, на самолет совсем не похоже.

– Так вы вовремя! У нас в павильончике уже собран целый «альбатрос»! Для его сборки прибыли люди из самого Квиппинга! Они там что-то еще прикручивают и настраивают, однако машина уже в сборе.

И Тиссен повел зарумянившегося от нетерпения Ферро в павильон, составленный из четырех сдвинутых вместе дощатых домиков.

Переступив порог павильона, Ферро замер, удивленный столь неожиданным видом штурмовика. Нет, он, конечно, знал, что машина будет небольшой, прежде он видел «альбатрос» на фотографии, однако сейчас штурмовик походил на игрушку.

– Что, команданте, удивлены? Я тоже поначалу принял это за картонную дурилку, но если подойти поближе и пощупать, так сказать… Идемте, смелее.

И комендант Тиссен пошел к «альбатросу», чтобы собственным примером подбодрить Ферро.

Не обращая на гостей внимания, возле машины суетились четверо техников. Они открывали в крыльях и корпусе смотровые лючки, подсоединяли провода и смотрели на реакцию тестовой аппаратуры.

Иногда они обменивались совершенно непонятными для посторонних словами, вроде: «начальная фаза великовата, тебе не кажется?», «люфтит привод справа», «спуск синхронизирован лучше некуда».

Люди были не местные, настоящие спецы. Ферро обошел их, чтобы не мешать, и погладил крыло самолета.

– Ну и как вам партизанский штурмовик, команданте? – спросил Тиссен.