– А оборотней вы тоже встречали?

– Не довелось, - с непонятным ему сожалением сообщила женщина (радоваться надо!).
– И даже не знаю людей, которые бы с ними общались. Но тема интересная.

Глеб пожалел, что постеснялся и не заказал спиртного. Хотя хотелось. По этой "интересной" теме у него куча книг, фильмов и закладок в "Избранном". Он по молодости собирал инфу про оборотней, все надеялся, отыщет в этой белиберде хоть что-то, что поможет ему... излечиться. Теперь бросил. Перепевы одного и того же. Может, укусить ее, мрачно подумал он, чтобы она вплотную изучила тему? Так сказать, на личном опыте?

Или это уже не он, а его зверь веселился?

Людмила заглянула в счет и выложила несколько купюр.

– Сколько с меня?
– спросил Глеб, вытаскивая кошелек.

Женщина беспечно отмахнулась.

– Да ладно, одно кофе! Ты же наверняка студент, я тебя сама пригласила, сама и угощаю!

Она его что, совсем за пацана держит?

– Какой студент, мне уже двадцать шесть! И деньги у меня есть.

То есть, на добрый десяток лет ее моложе. А деньги у него действительно есть - в раскрытом кошельке кроме крупных бумажных еще и пара карт. Значит, проблема не в деньгах...

– Ну раз не студент, может, перейдем на "ты"?

– Легко.

– А теперь - вопрос за вопрос!
– напомнила Мила уже на улице.

– Ну?

– С чего ты решил сигануть с балкона? Из-за девушки?

Конечно, женщины уверены, что если и стоит кончать жизнь самоубийством, то только из-за несчастной любви. Нет, она его точно за придурочного подростка принимает!

– А из-за чего обычно сигают? Вы же нас... таких много повидали?

– Дурь. Алкоголь. Ссора с родителями. Несчастная любовь. Травля одноклассниками или учителями. Плохая оценка, да-да, и такое бывает, не смотри так на меня...

Мила рассказала ему про шестнадцатилетнюю девчонку, отравившуюся из-за несчастной любви. Едва откачали, девушка тут же прыгнула с моста. Пока собирали по костям, травматологи рекомендовали неудачливой самоубийце выбрать в следующий раз здание повыше - в столице таких много. Чтоб уже врачам не создавать лишнюю работу...

– И что она? Прыгнула?

Мила пожала плечами:

– В реанимации мы с ней больше не встречались. Или девчонка все-таки передумала или в следующий раз попала прямиком в морг. А ты так и не ответил!

Глеб молчал. Мила поглядела на него сбоку. Между прочим, симпатичный парень, лобастый, глазастый, не очень высокий, крепкий. Жалко, если пропадет сдуру.

– Я...
– начал симпатичный.
– У меня... Ничего, если я ничего не скажу?
– наконец выпалил Глеб.

Мила кивнула.

– Ничего. А я пришла.

И Глеб обнаружил, что они уже у знакомого подъезда. Он вдруг понял, что второй день кружит в этом районе, словно бездомная собака, которую раз подкормили и которая надеется на новую подачку. Сравнение с собакой зверю не понравилось. Тем более что дом у них есть.

– Заходи в гости как-нибудь.

– А сейчас можно?
– выпалил он - сам для себя неожиданно. И даже на шаг отступил. И вправду дурак! Теперь она начнет отнекиваться и придумывать вежливые отговорки...

– Да пожалуйста, - просто сказала Людмила.
– Но учти, у меня всего второй этаж, тебе не подойдет.

– Для чего не подойдет?

– Для сигания!

– Оба-на!
– удивилась Мила.

Третий час ночи. Руки гудят и припухли подушечки пальцев. Перед глазами мерцают буквы. А на диване с подушкой в обнимку сидит Глеб и смотрит в наушниках телевизор.

Увидев, что Мила уставилась на него, стянул одно "ухо".

– Что ты сказала?

– "Оба-на" я сказала! Ты уверен, что я приглашала тебя ночевать?

Теперь стянул оба. Криво улыбнулся. Ух ты, ямочка на щеке!

– Не приглашала. Но когда я спросил, можно я еще посижу, сказала: "сиди, пока не надоешь!"

Надоесть он ей действительно не успел, потому что она о нем практически забыла. Мила виновато развела руками:

– Ну, это меня Муз навестил!

Встав, потянулась (задралась майка, обнажив белый живот, солярий она, видать, не посещает), подрыгала занемевшими ногами.