– Камин?

– Простите, я немножко забежал вперед. Итак, она сначала не заметила моего присутствия, хотя я шел следом, и, только когда отпустила прислугу, вдруг увидела меня. Она взглянула на меня гневно и с презрением, потом, по-видимому, примирилась с моим присутствием. Поскольку мне надлежало следить за ней, то мне ничего больше не оставалось делать, как пройти за мисс Элеонорой в комнату, дверь которой она за собой не заперла, и усесться в дальнем углу комнаты, откуда я мог ее видеть. Она поглядывала на меня время от времени, прохаживаясь по комнате. Вдруг барышня остановилась и воскликнула: «Пожалуйста, принесите мне стакан воды. Графин стоит вон там, на столике». Чтобы добраться до этого столика, мне пришлось бы зайти за высокое зеркало, доходившее почти до потолка, и потому я колебался, исполнить ее просьбу или нет. Но она посмотрела на меня с такой мольбой, что, мне кажется, и вы, господа, не устояли бы.

– Хорошо, дальше, дальше, — в нетерпении торопил его Грайс.

– На одну минуту я потерял ее из виду, но мисс Элеоноре только это и нужно было. Когда я вернулся, она уже стояла около камина на коленях и что-то искала у себя на груди. Я зорко следил за ней в то время, как подавал воду, но она, казалось, не обращала на меня никакого внимания и смотрела пристально на огонь. Девушка отпила несколько глотков воды и отдала мне стакан, а затем наклонилась над огнем и, потирая руки, прошептала: «Ах, как холодно». Она действительно дрожала всем телом. В камине тлело несколько угольков. Она снова начала что-то искать у себя на груди, это возбудило мое подозрение — я наклонился и заглянул ей через плечо. Она бросила что-то в огонь, при этом я услыхал легкий металлический звук… Только я собрался осмотреть камин, как девушка схватила корзину с углем и высыпала ее всю в огонь со словами: «Пускай разгорится как следует». — «Так вы ничего не добьетесь», — заметил я и начал осторожно вынимать уголь из камина, пока…

– Пока? — спросил я, заметив, как он и Грайс обменялись многозначительными взглядами.

– Пока не нашел вот это, — сказал Фоббс, протягивая мне ключ с надломленной дужкой.

Это открытие привело меня в ужас. Значит, прелестная, очаровательная Элеонора была… Я не мог докончить фразы даже в мыслях.

– Вы, кажется, удивлены, — заметил Грайс, внимательно разглядывая ключ, — ведь недаром же эта дама дрожала, путалась и падала в обморок.

– По-моему, наоборот: та, которая падает в обморок, дрожит и теряется, не может совершить подобного преступления, — сказал я. — Покажите мне ключ.

Сыщик подал его, заметив:

– Это тот, который мы искали, не может быть никаких сомнений.

– Если она скажет мне прямо в глаза, что не виновата, я поверю ей, — заявил я решительно.

Грайс посмотрел на меня с удивлением.

– Вы еще верите женщинам? — сказал он. — Хотел бы я знать, надолго ли хватит этой веры…

Я ничего не ответил, мы помолчали немного.

– Нам остается теперь только одно, — проговорил Грайс. — Фоббс, пригласите сюда мисс Элеонору, или лучше скажите, что я прошу ее прийти в гостиную.

Как только Фоббс ушел, я сделал было шаг по направлению к мисс Мэри, но Грайс меня удержал.

– Пойдемте со мной, — сказал он, — мне хотелось бы, чтобы вы присутствовали при нашем разговоре, мисс Элеонора сейчас придет.

Я колебался, но мысль, что я снова увижу ее, заставила меня решиться. Я попросил сыщика подождать минуту и подошел к Мэри, чтобы сообщить ей, что мне нужно отойти на некоторое время.

– Что случилось? — спросила она испуганно.

– Ничего такого, из-за чего вам стоило бы пугаться. Успокойтесь!

Но она прочла на моем лице беспокойство, которого я не сумел скрыть, и сказала:

– Нет, что-то случилось, я чувствую.

– Ваша кузина сейчас спустится.

– Сюда? — Мэри вздрогнула.

– Нет, в гостиную.

– В доме происходит что-то странное, — проговорила Мэри, — я чувствую, что со всех сторон к нам подкрадывается несчастье, но никто не хочет сказать, в чем именно заключается опасность.

– Мисс Левенворт, бог даст, ничего страшного больше не случится. Но если же вдруг что-нибудь произойдет, я первый сообщу вам об этом.

Я молча поклонился и последовал за Грайсом, а девушка осталась сидеть одна, откинувшись на подушки дивана. Не успели мы войти в гостиную, как появилась Элеонора. Она вошла гордая и спокойная и поприветствовала нас легким наклоном головы.

– Меня просили прийти сюда, — произнесла она, — нельзя ли по возможности скорее сообщить, в чем дело, поскольку я устала и нуждаюсь в отдыхе.

– Мисс Левенворт, — заговорил Грайс, потирая руки и поглядывая на дверную ручку, — мне жаль, что пришлось вас побеспокоить, но я очень хотел бы знать…

– Как у меня очутился ключ, который ваш помощник достал из камина? — спросила она.

– Да, вы угадали, мисс Левенворт.

– Я отказываюсь дать вам какие-либо объяснения по этому поводу, хотя должна признать, что ваш помощник совершенно прав: у меня был ключ и я бросила его в камин.

– Однако…

Но она уже повернулась к двери.