Было очевидно, что Мартин старается вооружить группу «до зубов» и боекомплект предлагалось брать максимальный — сколько унесешь.

— Ну что же, Рон, — негромко сказал Джек. — Если нам дают такую возможность, отказываться мы не будем.

С этими словами он взял со стола тридцатимиллиметровый автоматический гранатомет, который крепился к «SFAT». С полным коробом гранат все вместе это выглядело как дробилка для кукурузы, однако неудобство компенсировалось огневой мощью.

Посмотрев на Джека, Барнаби тоже начал вооружаться. Следуя оставшимся с войны солдатским привычкам, он не удовольствовался выложенным на столах оружием, а забрался в один из стоявших тут же шкафов, справедливо полагая, что самое лучшее, конечно же, припрятано.

Он не ошибся, скоро обнаружив десяток гранат повышенной мощности «дундл», делавших в земле воронку точно восьмидюймовый снаряд.

Поняв, что его заметили, Барнаби быстро рассовал по карманам четыре гранаты, затем поднял руку и позвал инструктора, который и так уже к нему спешил.

— Сэр, а почему вы не раздаете нам вот эти штуки? — спросил он, показывая на «дундл».

— Это вам нельзя! Положите на место! — потребовал инструктор.

— Дело в том… э-э… Рон, что задача, которую вам придется выполнять, не столь серьезна, чтобы применять такие боеприпасы, — пришел на помощь инструктору Мартин.

— Ну, нельзя так нельзя. — Барнаби пожал плечами и вернулся к столам.

— Ты молодец, — негромко похвалил его Джек.

— Стараюсь, господин лейтенант, — так же тихо ответил Барнаби.

Джек выбрал для себя обмундирование — темно-серое с коричневыми разводами. Для ночи такая маскировка подходила как нельзя лучше.

Барнаби взял такую же, но другого размера.

— И белье хорошее! — заметил он. — Лучше, чем у нас было, правда, Джек?

— Правда.

— Здесь все самое лучшее! — самодовольно заметил Мартин.

Выбрав белье и оружие, Джек с Барнаби подошли к столу, на котором были разложены ножи.

Рядом стоял Сутулый и увлеченно перебирал разные модели. Заметив Джека и Барнаби, он подвинулся.

Джек выбрал себе большой титановый нож.

Барнаби взял небольшой, из стали.

— Любишь тяжелую руку? — спросил его Сутулый.

— Надо, чтобы звон был. А то ничего не почувствуешь, — ответил Барнаби.

И они разошлись, поняв друг друга как два специалиста.

После окончательной примерки бронежилетов, касок и обмундирования все имущество, в том числе и оружие, стали укладывать в большие солдатские сумки.

Упаковывая свои обновки, Джек заметил на сумке узенький лейбл — «ОЦ Баярд». Это слово показалось ему знакомым. Повесив свой багаж на плечо, он спросил:

— Мартин, а что такое «ОЦ Баярд»?

Обычно скорый на ответ, Мартин вдруг изменился в лице и обменялся с инструкторами испуганным взглядом.

— А с чем это связано? Почему вы задаете мне это вопрос?

— Да на моей сумке написано — «ОЦ Баярд». Вот я и спросил.

— Ну-ка покажите… Покажите… — Мартин чуть ли не бегом подскочил к Джеку, и тот показал ему лейбл.

— Сы… Снимите сумку. Ее нужно заменить.

— У меня тоже «ОЦ Баярд» написано, — поднял руку один из тихой четверки.

— Да эта надпись у всех есть, — сказал Сутулый и внимательно посмотрел на Джека.

— Значит, все снимайте сумки и выкладывайте из них все на столы! Вам сейчас принесут другие! Быстро! — закричал Мартин, обращаясь уже к инструкторам. Те умчались куда-то сломя голову и появились через несколько секунд со стопкой других сумок — без лейблов.

— Так что же такое «ОЦ Баярд»? — глядя на Мартина, повторил вопрос Барнаби.

— Это такой… Это такое… Одним словом, оно выпускает сумки и, разумеется, ставит свой знак… Ставит свой знак… Разумеется… Просто мы не имеем права выносить эти сумки… куда-нибудь. Поскольку эта фирма долгое время работала, то есть шила сумки, не имея на то лицензии… Вот…

Произнеся весь этот бред, Мартин вздохнул и вымученно улыбнулся.

Все вещи были переложены в новые сумки, и группу отвели в другое здание, где были душ и жилые помещения.

Вода в душе оказалась едва теплой, однако это никого не смутило. Бойцы вымылись и побрились, словно выполняя какой-то невеселый ритуал.

После помывки стали готовиться ко сну. Внешне все выглядели спокойными, однако ждали неприятностей. Даже железный с виду Сутулый несколько раз проверял, как уложено на стуле его обмундирование, как будто это имело какое-то значение.

Нервы, нервы. Примерно в полночь все стихло.

Утро началось ровно в семь. Группу разбудили инструкторы.