Поездка на грузовике заняла много времени, и день уже клонился к закату. С одной стороны, это было хорошо – в темноте Кларка трудно было заметить, однако он плохо знал эту местность и всерьез боялся заблудиться.

Чтобы сберечь брюки, Эдди шагал, высоко поднимая ноги. Он старательно отводил ветки, уберегая пиджак от колючек и сухих листьев. А с ботинками дело обстояло хуже. Черная замша приобрела серовато-белесый оттенок. и они стали похожи на башмаки уличного пьяницы.

Напуганные шумом, среди сухой травы бегали проворные ящерицы. Эдди следил за их стремительными перемещениями и слегка завидовал их кажущейся свободе.

А еще у Эдди появилось странное чувство, будто за ним следят. Доходило до того, что он оборачивался – настолько это чувство было сильным и почти физически ощутимым. И по мере того как он продвигался в сторону порта, эффект постороннего присутствия то усиливался, то, наоборот, ослабевал.

Когда Кларк пытался точнее определить, что же ему мешает, в его голове всплывал образ все тех же высоких ботинок с шипами на толстой подошве.

«Или я схожу с ума, или что-то предвижу...» – к такому выводу пришел Эдди, использовав все возможности своего мучительно-кропотливого анализа.

По мере приближения к порту рев стартующих транспортов и хищный свист пассажирских судов становился все сильнее. Эдди был рад такому надежному ориентиру, однако конечная цель его марша была все еще слишком далека.

Когда приблизившийся к горизонту солнечный диск приобрел кровавый оттенок, Кларк вышел на открытое место. И прямо перед ним показались постройки, вышки и радиоантенны портового комплекса. Однако, чтобы до него добраться, следовало перейти еще одно шоссе.

Неожиданно Эдди вспомнил пса, который, выбрав содержимое хозяйского холодильника, забыл о своем долге. Что с ним сейчас? Сидит ли он под столом, переживая наказание ремнем, или сосредоточенно метит заборы переработанным пивом?

По шоссе прошел длинный автобус. Сначала Эдди хотел его остановить, но потом передумал, решив, что пассажиров обязательно проконтролируют те, кто за ним охотится.

Проходя мимо островка цветущих сорняков, Кларк сорвал несколько штук и теперь выглядел как гуляющий турист, игнорирующий угрозы экологической полиции.

Демонстративно помахивая букетом, он пересек шоссе и снова спустился вниз, оказавшись на мягком ухоженном лугу. И тут Кларк увидел человека, который быстро шел ему навстречу.

Решив, что доставать пистолет еще рано, Эдди осторожно огляделся и продолжил свой путь как ни в чем не бывало. Между тем человек приближался, и теперь, когда до него было так близко, Эдди понял, что это один из служащих порта.

– Это что за хрен с горы такой, – еще издали начал свою речь служащий. – Кто здесь ходит по заповедной территории?! Кто игнорирует законы и плюет на общество?!

В ответ на эту тираду Эдди обворожительно улыбнулся и представился:

– Ханс Кристиан Андерсен, надзор за использованием угодий. Специальный департамент.

– Какой департамент? – недоверчиво переспросил решительный человек.

– Специальный, – повторил Эдди уже тише и, подняв букет на уровень лица, спросил: – Вот это что, по-вашему, сладкие сухарики?

– Какие такие сухарики? Это желтый лютик-колючка...

– Я и сам знаю, что лютик-колючка, а вот что по нему бегает, я вас спрашиваю? А?!

Поняв, что попал на какого-то проверяющего, служащий порта уже пожалел, что пошел разбираться с неизвестным, топчущим луг.

– А что там, сэр? Вы извините, я сам не шибко грамотный...

– Да это же бостонская блоха, как вы не понимаете! А вы знаете, почему она называется бостонской?

– Откуда, сэр, я – то сам не шибко грамотный. – Служитель пожал плечами и беспомощно огляделся, ища кого-нибудь из начальства, на кого можно было бы переложить свалившуюся проблему.

– Ну, так я и знал, – упавшим голосом произнес Эдди. – Мне-то что, у меня прививка – шесть уколов бицелина от ящура, столбняка и прочих актуальных болезней, а вот вы и ваш жалкий городишко может разделить судьбу Бостона, стертого с лица земли нашествием бостонской блохи.

– Так, может, вам к управляющему порта?! Мистеру Лос-Аламосу?!

– Хорошо, я так и поступлю, а это, – Кларк бросил букет и примял его ногой, – закопаешь на глубину не менее двух метров и сверху прольешь раствором хлорки... Понял?..

– Да, сэр, – поспешно кивнул служитель, вконец перепуганный и запутавшийся. – Так, значит, два метра и сверху раствор... хлорки...

– Правильно, только смотри, сохраняй строжайшую тайну. Если кто-то услышит слова «бостонская блоха», в давке погибнут тысячи.