Этот голос просто парализовал всю волю Адольфа, и он молча подчинился, со страхом взирая на незнакомого и в то же время слишком знакомого человека.

Суровое лицо, седые длинные усы и странная шапка.

Откуда это?

– Ну что, сынок, помогли тебе твои ляхи? – спросил угрюмый старик, и Кочма понял, что пришел час расплаты за все, что он учинил в этой жизни. Где-то далеко еще сохранялось осознание того, что все вокруг просто сон, но от этого он не становился менее страшным.

– Как же ты так напакостил, а?

Кочме показалось, что в голосе старика он слышит тяжелую горечь.

– Как же так, сынок?

– Папа! – наконец прорвало Адольфа. – Я больше не буду! Прости!

– Нет, сынок, только кровью ты смоешь этот позор. Только кровью.

Оцепенев от ужаса, Адольф смотрел в широкий ствол невиданного оружия и ждал смерти.

Раздался выстрел, мир раскололся пополам, и волна мрака смыла Адольфа напрочь, словно его и не было...

– Ты слышал? – спросил один охранник другого.

– А чего? – недовольно ответил тот.

– Кажется, у его превосходительства шум.

– Какой там шум? Сиди себе да дреми. Через час смена придет...

Через час пришла смена. Ее привел лично шеф безопасности Дуда.

– Ну чего? – строго спросил он.

– Все спокойно, – сказал один охранник.

– Но был какой-то шум, – не выдержав, добавил второй.

– Та-ак, – протянул Дуда. Затем вытащил пистолет и, толкнув дверь в покои хозяина, скомандовал: – Все за мной.

Охранники последовали за своим командиром, но, войдя в спальню, оцепенели.

Прямо на центральной люстре, на позолоченном шнуре от балдахина висел его превосходительство.

Он был в ночной рубашке с национальной вышивкой и в одном тапочке. Второй валялся на полу под ним вместе с перевернутым стулом.

Три долгих дня, что длился полет, генерал Шеридан жестоко мучался от неудобств, связанных с теснотой. Космический уиндер «Альбатрос» не был прогулочной яхтой, зато мощности его двигателей хватало, чтобы обойти многие самые скоростные суда.

Шеридан сам выбрал этот корабль и, жертвуя комфортом, экономил на дороге два дня. В другое время он прокатился бы в свое удовольствие, да еще взял бы девочек, но сейчас его личные дела валялись на дне самой глубокой зловонной ямы, и непохоже было, чтобы они скоро оттуда выбрались.

И вот, найдя подходящий повод, Шеридан отправился для инспекции своего главного аргумента – эскадры «Биг-Спай».

Эскадра находилась в его полном подчинении, и ее офицеры были обязаны выполнить любой приказ генерала Шеридана, не задавая вопросов.

– Мы уже получили номер стыковочного шлюза! – радостно сообщил помощник Шеридана, Люк Жанейро, которого генерал был вынужден взять с собой.

Шеридан ничего не ответил. Хотя он и спал в отдельной каюте, с Жанейро ему приходилось делить душевую и туалет, а это Шеридан не привык делить ни с кем. Даже в его собственном доме существовал нужник, запертый на огромный замок, – это были личные владения генерала.

В гостевые туалеты мог ходить кто угодно, но его собственный размешался под лестницей, где он был скрыт от посторонних глаз. Точно так же все было устроено и на службе, в его личном кабинете, с той лишь разницей, что дверь в нужник была искусно спрятана за большой настенной картой.

В довершение к сантехническим неудобствам у Шеридана побаливали хрящики ушей. Его оперативное управление не могло обходиться без руководства, и генералу приходилось постоянно держать трубку возле уха, выслушивая массу ненужной информации.

Слежка за боссами мафии в Ольдене, поиски следов известных маньяков-поджигателей, устранение группы шпионов из Бакслэнда и несколько случаев коррупции в региональных бюро управления – вся эта текучка следовала за генералом по пятам и не позволяла ему расслабиться ни на минуту.

К тому же приходилось громко кричать в микрофон, поскольку ротационные генераторы, разофевавшие плазму в двигателях «Альбатроса», наводили жуткие помехи, и временами генерал не слышал даже самого себя.

– Принеси чего-нибудь попить, Люк, – хрипло произнес он.

– Одну минуту, сэр! – Жанейро выскочил в коридор, и генерал облегченно вздохнул.

«Скорей бы уж прибыть на место», – думал он.

Шеридану представлялось, что на большом судне, каким являлся флагман эскадры и чудо военной техники – «Саламандра», он будет чувствовать себя лучше.