Кое-что из продуктов, стоящих на полках, напоминает ей о Кевине: он брал это для себя, когда они вместе делали покупки. Она вспоминает последний разговор в его кабинете и снова начинает злиться. Анна все кладет и кладет товары в корзину и в конце концов покупает гораздо больше, чем собиралась. Дорога чистая, хотя немного влажная после дождя. Анна едет медленно — она еще не оправилась от недавней аварии. Чем ближе подъезжает она к Барениду, тем свободней себя чувствует, оставляя Кевина и его угрозы далеко позади. Дождь кончился, и выглянуло солнце. Анна бросает беглый взгляд в зеркало заднего вида, чтобы посмотреть на съестные припасы, сложенные на заднем сиденье. Она одна, и она сейчас ни в ком не нуждается.

День 16-й, 2-я неделя.

Тонкие нити, из которых впоследствии сформируется пуповина, прикрепляют эмбрион к формирующейся плаценте.

Клетки, движущиеся по поверхности двухслойного эмбриона, собираются в новый, третий слой.

Из внешнего слоя клеток образуется белая кожа, светлые волосы, голубая радужная оболочка глаз, внутреннее ухо и ушные раковины, тонкий нос, пазухи, рот с ангельскими губками, зубная эмаль, гипофиз и молочные железы, анус и миллионы нейронов, составляющих нервную систему.

Из среднего слоя образуются мускулы, кости, клетки крови, лимфатические ткани, селезенка, легкие, репродуктивная и выделительная системы, а также сердце.

Из третьего слоя будут развиваться язык, миндалины, легкие, уретра, мочевой пузырь и пищеварительный тракт.

5 марта, вдали от суеты.

В дверь дома Анны постучали. На пороге стоит агент по продаже недвижимости, держа в руках какой-то бумажный сверток.

— Поздравляю, — говорит он, протягивая ей пакет. На улице валит снег и ложится на плечи его темно-серого пальто густыми пушистыми хлопьями.

Анна озадачена: откуда он может знать о ребенке? Но в следующую секунду она соображает, что он поздравляет ее с покупкой дома. Она берет у него цветок, а в это время в центре грушевидного эмбриона формируется желобок, из которого будет развиваться нервная система ребенка. Анна заглядывает в открытый вверху пакет. Там красная роза.

— Вы, как всегда, с цветами!

— Согласно правилам хорошего тона, я не должен дарить вам красные цветы, — говорит он. — Но других не было.

— Все в порядке, спасибо. Это очень мило с вашей стороны. Заходите, прошу вас.

Агент переступает через порог и приглаживает рукой редеющие волосы на макушке. Его взгляд останавливается на стенах прихожей, выкрашенных в густой темно-алый цвет.

— Вы тут красите.

Нагнувшись, он расшнуровывает ботинки.

— Да.

Анна оглядывается через плечо, одновременно ощупывая пальцами упаковку цветка, чтобы понять, как она скрепляется.

— Никак не могу решить, получается сочно или просто аляповато. Похоже, я теряю остатки чутья, которое у меня когда-то было. — Она снова поворачивается к агенту. — Не снимайте ботинки, прошу вас. Полы деревянные, им ничего не сделается.

Агент снова завязывает шнурки и проходит в дом за Анной. Он замечает слой свежей краски на стенах.

— Уютный получился цвет, теплый. На нем что ни повесь, все будет смотреться.

— Согласна… Только осторожней, не заденьте стену. А то испачкаетесь.

Анна идет за вазой, что стоит в старинном серванте, оставшемся от прежних хозяев. На упаковке цветка обнаружились скрепки, и Анна разворачивает ее осторожно, чтобы не уколоть пальцы.

— Ваза ужасно старая. Она у меня уже сто лет.

Анна на кухне. Расставляя в непрозрачной вазе веточки папоротника и гипсофилы, она чувствует на себе взгляд агента. Затем устанавливает розу в центр композиции.

— С розой ничто не сравнится. Есть в них что-то трогательное.

Анна раскованно улыбается ему. Как здорово общаться с людьми, с которыми тебе хорошо и спокойно. Но в его присутствии она вдруг понимает, что уже довольно давно живет наедине с собой. С приходом агента в ее дом проник внешний мир, сделав ее существование слишком уж реальным.

— Хотите кофе?

— Лучше чаю, если есть.

Он снимает перчатки и кладет их на стул перед собой. Затем садится и принимается разглядывать цветок, который Анна поставила на стол.

— Конечно, есть, — отвечает она. — Я сама пью чай. Терпеть не могу кофе.

— Отлично. — Агент дружески улыбается. — Налейте мне чашечку, если можно.

— Конечно. «Эрл Грей»?

— Да, спасибо.

Агент снова смотрит на цветок.

— Я всегда любил розы. Для мужчины это может показаться странным, но я часто покупаю их для себя. И совершенно этого не стыжусь. Продавщица в цветочном магазине, наверно, считает меня дамским угодником.