– Это мы уже слышали! – усмехнулся Стас. – И я тебе, поросенок малолетний, уже объяснил, что ты сегодня не на того напал! Так что, если не хочешь неприятностей, лучше признавайся по-хорошему, у кого выменял пушку!

– Каких еще неприятностей? – не унимался тот. – Я сказал – моя пушка!

– Каких неприятностей? – переспросил Стас. – Очень больших! Слышал, что у вас во дворе женщину убили?

– Кто же про это не слышал? – проворчал юный преступник. – Полный двор милиции понаехало… всех расспрашивали… прямо как в сериале про ментов…

– Так вот эта пушка – ее, женщины убитой! И тот, кто этот «магнум» украл, и к убийству причастный! Так что никакой папаша тебе не поможет! И на возраст снисхождения не будет, поскольку особо тяжкое преступление!

– Да это Крыса пушку принес! – выпалил второй мальчуган, не такой стойкий. – Показывал всем во дворе, хвастался… чего это мы Крысу покрывать должны?

– Точно, это у Крысы я пушку выменял, – с крайней неохотой признался первый. – Я же не знал, что это у убитой тетки украли…

– Приведете мне эту вашу Крысу – я вас отпущу! – смилостивился Стас. – Иначе пеняйте на себя, сдам милиции вместе с вещественным доказательством! – И он угрожающе потряс перед малолетками игрушечным пистолетом.

Стас, конечно, блефовал, контактов с милицией он старательно избегал как по причине своей подозрительной профессии, так и по глубокой внутренней неприязни, но мальчишки этого не знали, и его угроза на них подействовала.

– А пушку отдашь? – уточнил главный «грабитель».

– Не могу, – Стас насупился. – Никак не могу, поскольку это вещественное доказательство.

– А тогда пускай он мне те две игры отдаст, – выставил нахальный мальчишка новое условие.

– Я не возражаю, – милостиво согласился Стас.

Одного из подростков он оставил при себе в качестве заложника, второй отправился на поиски Крысы.

Поиски эти не заняли много времени, поскольку Крыса поджидал где-то неподалеку результатов грабежа в надежде получить свою долю за наводку.

В ожидании Стас со своим малолетним заложником укрылись в темной нише. Подросток злобно косился на Стаса и громко шмыгал носом, но помалкивал.

Наконец в подворотне показался посланец вместе с Крысой.

Крыса оказался низкорослым, вертким мальчишкой лет тринадцати, с длинным острым носом, которым он то и дело поводил по сторонам, будто принюхиваясь, и маленькими красноватыми глазками. Сходство с противным грызуном было удивительное. Немного нарушали картину только большие, здорово оттопыренные розовые уши.

– Ну чего, много взяли у той тетки? – тараторил он, жадно вглядываясь в темноту. – А чего вы здесь остались? Надо было в другой двор убежать, а то вдруг эта тетка вернется!

– Да не, не вернется она! – успокаивал его посыльный. – Она знаешь как пистолета этого напугалась!

– А то! – довольно проговорил Крыса. – Я Костику так и сказал – классная пушка, а он мне не хотел за нее третью стрелялку давать… ну, где Костик-то?

– Здесь мы, – Стас выступил из темноты и схватил Крысу за плечо, прежде чем тот успел дать деру.

– Вы чего, дяденька? – залепетал подросток, уставившись на Стаса невинным детским взором. – Чего вам от меня надо? Мне мама не велела с незнакомыми взрослыми разговаривать!

– А грабить незнакомых взрослых она тебе велела? – рявкнул Стас, зверски вращая глазами.

– Что вы, дяденька, что вы такое говорите? – На глазах Крысы выступили слезы. – Разве так бывает, чтобы маленькие взрослых грабили? Кто вам такое рассказал?

– Дружки твои все про тебя рассказали! – Стас не снижал напора, стараясь дожать скользкого подростка.

– Да что вы их слушаете? – ныл Крыса. – Они же хулиганы известные! Мне с ними мама не велела водиться!

– Колись, Крыса! – проговорил Костик. – Этот мужик крутой, он от тебя не отстанет!

– Да я про ваши дела ничего не знаю! – хныкал Крыса. – Хорошего мальчика оговорить ничего не стоит…

В это мгновение он неожиданно присел, пнул Стаса ногой под коленку и юркнул в полуоткрытую подвальную дверь…

Вернее, только хотел туда юркнуть, но Стас, ожидавший от него чего-то подобного, прыгнул следом и ухватил беглеца за оттопыренное розовое ухо.

– Ты, хороший мальчик! – прошипел он, потирая ушибленное колено. – Я тебе сейчас устрою допрос третьей степени!

– Дяденька, отпустите ухо! – верещал мальчишка. – Больно же! Чего вам от меня надо?