Женщина снова рассмеялась, опустила руку в воду и вдруг вытащила из воды большую рыбину.

–  Малыш, лови - она позвала моего монимонта, о как он, оказывается, называется, и кинула ему рыбину.

Альф ловко подскочил, клацнул зубастой пастью и от рыбины в мгновение ничего не осталось. Слопав неожиданное угощение, он плюхнулся на толстый зад и умильно уставился на нашу гостью, показывая всем своим видом, что он хочет рыбу еще, и желательно не одну.

Женщина так же спокойно вынула из воды еще одну рыбину и снова бросила ему.

–  Как ты оказалась здесь, дитя? Здесь не живут люди. Да и никто не живет, только за перевалом ты сможешь найти хоть кого-то живого.

Так, вот не нравится мне эти новости. Я все-таки Шеру уши надеру, если доберусь до него когда-нибудь. Это ж надо так меня закинуть.

–  Да меня тут случайно выбросило. Вон там, наверху на горе, в пещеру. Мы порт открывали с моим спутником. Куда он попал, не знаю, а я вот тут очутилась.

–  Если ты хочешь добраться до жилых мест, тебе нужно идти вдоль горы до подъема на перевал. Там через него и ты сможешь добраться до земель аэрлингов. Ты женщина, думаю, сможешь с ним договориться о помощи. А куда ты собиралась попасть, и кто был твой спутник?

–  Спутник мой был темный эльф, а попасть мы планировали в их темноэльфийскую столицу. Но при переходе что-то случилось, как-то не задалось, - я вздохнула.

–  Как, однако, повезло твоему спутнику, что он не попал сюда.
– Женщина покачала головой.
– Не иначе его Судьба хранит. Для него все могло закончиться совсем не так радужно, как может быть у тебя. Аэрлинги не жалуют даже своих мужчин, а уж мужчин других рас даже за разумных существ то не считают.

–  В самом деле? А что это за аэрлинги такие? Первый раз слышу.

–  Откуда ты, дитя, что не знаешь таких вещей? Аэрлинги закрытая раса, которая живет в долине посреди этих гор. Женщин у этого народа очень мало, фактически в 3-4 раза меньше чем мужчин и поэтому у них абсолютный матриархат. Магии у них учат только женщин, по этой же причине. Женщины могут иметь до 3-х мужей. Но, как правило, ограничиваются двумя и создают такую семью. А дети, если таковые появляются, имеют двух отцов, и никто не пытается выяснять, кто именно из двух мужей стал отцом.

–  Ого, ничего себе. Гарем наоборот - я даже присвистнула.

–  Гарем? Да, пожалуй. Особы королевской крови могут иметь гарем из множества мужчин при желании. Все мужчины, попадающие в гарем, рабы. Так что радуйся, что твой спутник сюда не попал. Темный эльф это лакомый кусочек даже для статуса мужа, а в том, что многие женщины аэрлинги захотели бы заполучить его в гарем, можешь не сомневаться. Рабов магически клеймят, так что им никогда не выбраться из этой долины.
– Женщина чуть брезгливо поморщилсь.

–  Мда. Что-то я уже совсем не уверена, что мне хочется идти к этим аэрлингам.

–  Тебе ничего не грозит, ты женщина, к тому же чужеземка. Думаю, тебе помогут просто ради интереса. Только я не советую тебе распространяться о своем знакомстве с темным эльфом.
– Продолжила она.
– Если вы сумеете договориться, то проси у них разовый амулет перемещений с не заданной точкой назначения. Не стоит им знать конечный пункт твоего путешествия.

При этом она снова выдернула из воды третью рыбину и не глядя на Альфа, кинула ему. Клацнули зубы и рыбина исчезла. Я завистливо проводила рыбину взглядом.

–  Спасибо. Вы мне очень помогли, информация мне очень нужна. И за малыша спасибо.
– Я с улыбкой смотрела на прожорливого маленького лохматика.
– Извините за нескромный вопрос, а вы кто?

–  Ты даже этого не знаешь? Все это время ты говорила со мной, не зная, кто я?
– Женщина звонко расхохоталась.
– Я богиня рек - Дана.

–  Ой. Извините.
– Я засмущалась. Интересно, а как надо разговаривать с богами? Молиться или кланяться?
– Я не знала. Очень приятно. А я Алета. А вы здесь совсем одна живете, да?

Дана, вдруг, резко погрустнела, чуть прикрыла глаза и, глядя куда-то вдаль, ответила, - Да, я одна. Я уже очень давно жду своего любимого. Он обещал вернуться, но его все нет, а я все жду…

Мне стало ужасно неловко, столько тоски было в ее голосе, стало так ее жалко и очень захотелось как-то утешить, сказать что-то ободряющее. Но как назло слова на ум не шли, но всплыли строчки стихотворения Симонова.

–  Извините, я не хотела ворошить вашу рану. Я верю, что у вас будет все хорошо.
– Не дожидаясь ее ответа, я закрыла глаза и начала негромко читать стихи.