Лозинский все еще не терял надежды на скорое завершение разговора. А потому не стал напрягать себя и садиться. Ведь для этого пришлось бы освобождать стул от сложенных прямо на него канцелярских папок. Все мечты молодого человека в данный момент заключались в том, чтобы бросить ненавистную трубку, доползти до ставшего таким уютным диванчика, еще теплого, и забыться хоть на пять минут.

– Что делать? – переспросил он, прикрыв глаза в полудреме. – Радоваться жизни, наверное. Но обязательно серьезно поговорить с ребенком, чтобы больше не терялся. К психологу еще можно обратиться… наверное. У вас все?

– Естественно, нет! – возмутились на другом конце провода. – Какой психолог, к чертовой бабушке! Мальчик – не наш. Нашли мы его. Его родители пропали куда-то.

– И что? – откуда-то с порога царства Морфея поинтересовался Лозинский.

В трубке послышалась возня, еще какой-то, похожий на женский голос. Видимо, пожилая семейная пара советовалась, стоит ли продолжать разговор. Посовещавшись, решили не останавливаться на достигнутом.

– В общем, нам нужна помощь, – сообщил абонент. – Надо найти родителей мальчика, чтобы вернуть ребенка в семью.

Иван нахмурился:

– Они граждане России?

Ранний собеседник пришел в некоторое замешательство:

– Кто? Родители его? Ну-у… отец – нет, скорее всего, а вот мать – русская. Это точно. И малец, выходит…

– Да хоть китаец! – довольно невежливо перебил его разбуженный спозаранку дипломат. – Гражданство России есть у них? Если нет, то извините, ничем не могу помочь. Нам бы со своими гражданами разобраться… Знаете сколько обращений – миллионы!

– Так и разбирайтесь, коли это ваша работа, – старичок, видимо, тоже начал терять терпение. – Мы с супругой паспорта российские имеем, и у нас к вам официальное обращение.

Лозинский еле сдержал стон разочарования – теперь придется фиксировать звонок, и спать отправиться прямо сейчас не выйдет.

– Секундочку! – рыкнул он, бросил на стол, не заботясь об аккуратности, телефонную трубку, смел со стула наваленные туда накануне бумаги. Уселся. Пошарил по столу в поисках ручки. Не без труда отыскав ее среди вороха документов, подтянул к себе журнал регистрации. Долго и упорно тер глаза кулаками, прогоняя сон. Наконец, выдохнул и с сожалением изрек:

– Диктуйте ваши данные, я записываю…

Руслан вытянул ноги и положил их на брезентовый тюк. Откинулся назад и с наслаждением потянулся. У него в распоряжении еще минут пятнадцать на отдых. Причем можно расслабиться, как ни в каком другом месте – в лагере отряда специального назначения не стоило опасаться коварного вражеского удара в спину. Хотя… Береженого – бог бережет.

Парень прикрыл веки и начал дремать вполглаза. Но уже через миг понял – не выйдет. Мозг продолжал переваривать громадный поток информации, который туда поступал нескончаемо уже несколько дней. Маметбаев остро чувствовал, что на данный момент еще не имеет на руках четкого представления о происходящих вокруг событиях. Сплошные версии и догадки, да и те в очень скудном количестве. Это разведчика беспокоило и не позволяло спокойно предаться сну.

Найденную в квартире Охотника флэшку он только что, при помощи спецназовца со странным именем Геня, открыл. Предчувствия не подвели – кроме вороха беспорядочных цифр и схем, там ничего не обнаружилось. Сергей свою информацию берег, как и полагалось по долгу службы. Ключ к шифру, разумеется, можно подобрать – местный компьютерщик с энтузиазмом взялся за это дело. И Центр придет на помощь, после того как получит электронный носитель в свое распоряжение. Но все это потребует времени, а Руслан чувствовал, что тянуть и медлить нельзя никак.

Охотник обязан был держать в курсе руководство относительно своей работы. Настоящее руководство, разумеется. Не посольство. Но в последних отчетах ничего особенного не прослеживалось. Сплошная повседневная шелуха, за которую можно было даже схлопотать нагоняй как за отсутствие инициативы. Это могло означать одно: Сергей что-то нарыл. И либо не успел сообщить об этом в Москву, либо счел нужным придержать свои разработки, пока не доведет их до ума. Зная о слабости Охотника к театральным эффектам, Руслан, конечно, склонялся больше ко второму варианту.

Ветерок колыхнул натянутое полотнище, шлепнув по палатке сорванной тополиной веткой, крутанулся перед входом и затих. Снова разлилась предутренняя тишь. Даже насекомые прекратили стрекотать. Самое сладкое время для сна.

Искатель вновь сомкнул ресницы. Усилием воли настроил себя на сон. На выяснение того, чем же был занят последние недели пропавший коллега, Маметбаев и так убил кучу времени. Обнаружил у него уйму новых знакомых. Ничуть не удивился – работа такая, ясное дело. Но легче от этого не становилось. Кто из них «пустышка», а с кем он действительно выходил на контакт? Отделить бы зерна от плевел… Руслан в полудреме пролистал список знакомых Сергея, которых пометил для себя значком «возможно, причастны». Владелец автосалона, чиновник из Министерства финансов с супругой, милицейский начальник крупного пошиба… Еще кто? Ах да – журналист какой-то. Про него совсем ничего не известно, но Охотник в своем блокноте выделил его особым шифром. Значит, надо присмотреться. Только найти его оказалось сложнее сложного. Последний раз на работе его видели несколько месяцев назад. Жил он один и дома отсутствовал. Соседи так и не припомнили, сколько времени его не было в квартире. Еще один «потеряшка»…