Шрифт:
Сара положила руку ему на плечо, удивляясь, как странно выглядят пальцы с длинными, покрытыми ярко-красным лаком ногтями.
– Ну же, Лью, не лезьте в бутылку! Простите, что не позвонила, но мне в самом деле позарез надо было хоть немного поспать. Я… я сплошной комок нервов!
– Не морочь мне голову! Господи, за что мне этот геморрой? Ты еще больше походишь на свою мамочку, чем я предполагал! Ну ладно, чтобы я больше не слышал всего этого дерьма, ясно? Впредь не смейте попусту тратить мое время, мисс Адамс, зарубите это себе на носу!
– Пожалуйста, простите меня, честное слово, этого больше не повторится! Клянусь, я буду тише воды, ниже травы. Я… я решила начать новую жизнь… вроде как переродиться, понимаете?
Судя по выражению лица Лью, она, кажется, зашла слишком далеко. Агент смерил ее испытующим взглядом.
– Хорошо, – проворчал он неохотно. – Попробую доказать, что я был прав, когда выбил тебе роль Фрэн. Постарайся выложиться и сыграть еще лучше, чем на пробах, иначе я стану посмешищем всего Голливуда.
Однако пока от нее еще ничего не потребовали. Сара сидела на стуле, тупо глядя в пространство. Конечно, ей придется каждый день присутствовать на съемочной площадке в костюме и гриме, но оставалась слабая надежда, что сцены с ее участием начнут снимать позже. Впрочем, разве не интересно спокойно приткнуться в уголочке и наблюдать за игрой актеров? Когда-то, очень давно, маленькая Сара видела, как «мама играет в притворяшки», и это ей очень нравилось. Вот и сейчас девушка совсем забыла о страхе перед камерой, изводившем ее всю ночь. Она даже обнаружила, что может смеяться, и это вселило в нее оптимизм.
«Может, я еще больше похожа на маму Мону, чем тебе кажется, Лью! – неожиданно подумала она. – Я намереваюсь затмить всех на площадке! И так сыграть, что у вас дух захватит!»
Глава 4
Съемки короткой, но бурной любовной сцены между Гароном Хантом, игравшим секретного полицейского агента, и Дилайт Адамс в роли избалованной богатой девушки, дочери наркобарона, заняли куда больше времени, чем предполагалось.
– Какого дьявола вытворяет эта глупая сучонка? Можно подумать, никогда не раздевалась перед камерой, а сейчас боится показать свои титьки?! Чего тут суетиться? Ради Бога, потолкуйте же с ней, Лью!
Дэн Реймонд, режиссер фильма, был готов рвать на себе и без того редкие волосенки. Верно, сценарий изменили в последнюю минуту, но это задумка Ханта, а Хант был к тому же и продюсером фильма, так что с ним приходилось считаться.
– Дэн, вы прекрасно знаете, Дилайт добивалась роли Фрэн лишь потому, что это приличнаякартина, не чета тем дерьмовым поделкам, в которых ей приходилось сниматься! Она хочет доказать публике, что способна играть, а не просто торчать на экране, выставляя сиськи и зад! А в ее контракте…
– Лью прав, Дэн. И я уверена, что Гарон тоже согласится, – ведь это всего-навсего идея! Он пытался придать сцене совсем другой оттенок, внести немного напряжения! Вы же знаете, как он взыскателен!
Кривая ухмылка Лью Вейсмана говорила о том, что он по достоинству оценил неожиданную поддержку Салли Локвуд, партнерши и верной супруги Гарона. Они были женаты пятнадцать лет – огромный срок по голливудским меркам, и Салли никогда не давала волю ревности, даже если мужу иногда и взбредало в голову сходить налево. По общему мнению, именно этим ей и удавалось так долго удерживать его.
– Спасибо, Сал.
Актриса улыбнулась, глядя вслед удалявшемуся Дэну.
– Все нормально. Стоит Гарону увидеть красивую грудь, и он тут же тает. По-моему, он просто хотел проверить, настоящая она у нее или силиконовая. Думаю, однако, еще больше его интригует то загадочное обстоятельство, почему она так упорно отказывается скинуть блузку…
– Не волнуйтесь, Салли, она на него не клюнет. Дилайт призналась, что влюблена. В молодого человека, за которого собирается замуж. Сказала, что именно поэтому старается стать другой.
– Как мило. Она такая славная. Знаете, мне всегда нравилась Мона. Помните, как Гарон без памяти влюбился в нее, когда оба снимались в «Бьянке»? Тогда мы только поженились, и она дала ему от ворот поворот. Дилайт очень похожа на мать, не находите?
– Да, и если честно признаться, я всегда был неравнодушен к вам… Впрочем, кажется, вы уже знаете…
Пока устанавливали освещение и гример хлопотал над лицом Сары, та наблюдала за Салли и Лью, весело болтавшими о чем-то. Счастливица Салли, быть женой такого человека, как Гарон Хант… и так верить ему… А она… лучше не вспоминать, как она залилась краской, когда Гарон деловито спросил: