Она удивленно посмотрела на него, повела плечами:

— Особых планов нет.

— Великолепно. А как бы вы отнеслись к предложению пойти на пляж. То есть поехать. Меня ждет такси. Вы, наверно, знаете, где здесь хорошие места?

— Что, прямо сейчас?

— Ну, конечно. Если это вам удобно. Вот прямо так — взять и поехать.

Она постояла в нерешительности, задумалась.

— Решайте?

— Вообще-то я хорошо знаю места…

— Значит, решено. Садитесь в машину, а я сейчас.

Лотта не успела опомниться, а Денисов уже сбегал по лестнице с кульками и бутылками. Отворил дверцу, вывалил все на сиденье.

— Устраивайтесь.

…После довольно долгих поисков они приглядели место на опушке тенистой рощицы неподалеку от реки. На самом берегу было тесно. Денисов отпустил такси, расстелил на траве махровую простыню, закопал бутылки в песок, наломал веток и укрыл ими свертки.

— Ну вот, — сказал он, — теперь давайте же наконец знакомиться. — И представился: — Денисов Виктор, как вы, наверно, давно догадались, русский.

— Лотта, — она положила руку в протянутую ладонь.

— Теперь, кажется, все в порядке. Садитесь, Лотта. Раз уж мы на пляже, давайте будем принимать, так сказать, пляжный вид.

— Пожалуйста, — она пожала плечами.

Денисов начал было раздеваться, но спохватился:

— Хорош же я! Вот ведь голова! — хлопнул себя по лбу. — Я, как всегда, недогадлив. Извините… Вы без купального костюма? Мы же могли бы заехать к вам, что же вы не подсказали?..

— О, нет, нет. Все хорошо… Он, пожалуй, мне сегодня не понадобится.

Воцарилась пауза. Она села рядом, расправляя складки юбки, вялым движением поправила прическу, рука чуть дрожала.

— Да, неловко получилось, — сказал наконец Денисов. — А здесь нельзя взять костюм напрокат?

— Можно. Только, пожалуйста, не хлопочите, Виктор. Пожалуйста…

Она улыбнулась, но улыбка получилась какая-то вымученная. В настроении девушки, он почувствовал, произошла перемена. Опять наступила томительная пауза… Лотта сидела опустив голову и молчала.

— Хотите пива? — неожиданно для себя спросил Денисов, не зная, как прервать неловкое молчание.

— Нет, спасибо, — тихо сказала Лотта. — Я хотела бы… Вы можете выслушать меня?

— Конечно. Что-нибудь произошло?

— Произошло. Не сейчас. Много раньше. Не удивляйтесь ничему. — Она опять грустно улыбнулась. — Вы услышите исповедь… Да, исповедь. Все равно это когда-нибудь должно было произойти. Все равно бы…

К ее ногам подкатился большой разноцветный мяч. Белокурый мальчуган в матросской курточке подбежал и в нерешительности остановился, не зная, как быть.

— Держи, малыш! — Лотта подкинула мяч, мальчик засмеялся, схватил его и, перебирая толстенькими ножками, побежал к реке, откуда его звала молодая женщина.

Лотта задумалась.

…Разбитая танками и машинами дорога. Выбоины, наполненные до краев холодной грязной водой. Колонна усталых женщин и девушек и окрики солдат: «Шнель, шнель!»

Потом, огороженная ржавой проволокой территория товарной станции и состав дырявых вагонов. Женщина с мальчуганом на руках, одетым в выцветшую матросскую курточку. Она опустила малыша на землю, он побежал и засмеялся. И от этого смеха всем стало не по себе. Мать бросилась вслед за ним: «Стой! Назад!» — закричал ей конвоир. Не повинуясь окрику, женщина продолжала бежать за мальчиком.

Фашист угрожающе поднял автомат. Женщина остановилась, а малыш встал перед ней, разведя ручонки.

Короткая очередь. Мальчик упал. «Господи, что же такое делается! Господи! — пронзительно разорвал тишину тонкий женский голос. — Господи!..» Несчастная мать с воплем бросилась на фашиста. И снова короткая очередь…

Лотта подняла голову. Мальчик в матросской курточке играл с мячом и звонко, заразительно смеялся.

Денисов заметил, что Лотта волнуется, в чем же она хочет исповедоваться ему?

— Рассказ будет долгий и, простите, подробный, — сказала она вдруг на чистейшем русском языке. — Я должна…

— Вы говорите по-русски? — перебил ее Денисов и привстал от неожиданности. Он был готов к чему угодно, к любому разговору и повороту событий, он даже был насторожен после того, как изменилось настроение Лотты и после ее предупреждения о долгом рассказе. Но чтобы она заговорила по-русски…

— Я знала, что это вас удивит, — спокойно сказала Лотта. — Но пожалуйста, вы слушайте меня, а дальше можете поступать, как хотите…