– А мы ничего не можем понять. Дело к вечеру, а ее нет и нет! – сказала она с легкой укоризной и оглянулась на дверь, из-за которой в любую минуту мог появиться Поттер.

– Разумеется мы договаривались, что няня прибудет в течение суток, но эта внезапная забастовка… Боюсь, что теперь мисс Коул сможет прибыть к вам лишь в следующий понедельник. Самолеты не летают, а поездом ехать очень долго…

– Какая жалость! – лицемерно воскликнула Мэри, с трудом удерживаясь от того, чтобы не захлопать в ладоши.

– Разумеется, – упавшим голосом сказала девушка из агентства, – за вами сохраняется право аннулировать контракт и воспользоваться услугами какого-нибудь итальянского агентства, благо они все под рукой.

– Нет, что вы, у нас к вам нет никаких претензий! – заверила ее Мэри. – Оставим все как есть.

Она ужасно обрадовалась, что в ее распоряжении будет целая неделя. Разумеется, девушка не собиралась оставаться здесь так долго и надеялась самое позднее завтра распрощаться с виллой Поттера, но все равно было приятно знать, что никто и ничто ей не грозит.

– Мы вам крайне благодарны, мисс…

– Брэйдли, Мэри Брэйдли!

– …мисс Брэйдли. Это крайне великодушный поступок с вашей стороны, – облегченно вздохнула девушка на другом конце провода.

Едва ли великодушный, подумала Мэри, прощаясь. А вот смекалки мне не занимать!

В тот самый момент, когда она положила на место трубку, вошел Поттер.

– В чем дело? Почему вы у телефона? – спросил он, нахмурившись.

– Вам только что звонили, – сообщила Мэри, надеясь про себя, что лицо у нее не горит от стыда. – Если я правильно поняла, мне предстоит временно исполнять обязанности вашего секретаря, вот я и взяла на себя смелость поднять трубку.

– И совершенно напрасно, – холодно заметил Поттер, усаживаясь в кресло. – Это не входит в ваши обязанности.

– В таком случае прошу прощения. Я всего лишь полагала, что исполняю свою работу…

– И кто же звонил? – спросил Поттер, прищурившись.

– Ну… Она не представилась.

– Не представилась?

– Видите ли…

– Это не мог быть звонок из Парижа? Я жду звонка из больницы! – Голос у него прямо-таки зазвенел от тревоги.

Мэри вдруг стало стыдно. Пока она играла в свои игры, в парижской больнице балансировала на грани жизни и смерти мать Моны и Поттер, разумеется, сидел как на иголках, ожидая новостей о самочувствии Шейлы Моури.

– Нет, звонили не из больницы! – поспешила заверить его Мэри. – Вы знаете, мистер Поттер, вам это может показаться странным, но мне почудилось, что это была журналистка. Не застав вас, она начала задавать какие-то непонятные вопросы, спрашивала – здесь ли дочка мисс Шейлы Моури, интересовалась, не вы ли ее отец…

Лицо Поттера исказилось, и столько презрения было в его глазах, что Мэри невольно вжалась в кресло.

– И что вы ей сказали? – спросил он, отведя глаза в сторону.

– Ничего, – пожала плечами Мэри. – А что мне надо было сказать в такой ситуации?

– Вам – ничего! А если бы она спросила меня, я бы посоветовал ей проваливаться ко всем чертям. Если она будет и дальше вмешиваться в мои личные дела, то всю оставшуюся жизнь будет ходить по судам!

Мэри ошеломленно выслушала его уничтожающую филиппику, адресованную, по большому счету, персонально ей. Какое счастье, что мне не пришлось обратиться к нему с просьбой об интервью, мелькнуло у нее в голове.

Впрочем, Поттер тут же улыбнулся и, откинувшись в кресле, добавил:

– Извините, что выплеснул на вас свои эмоции. Вы здесь ни при чем.

Еще как при чем! – мрачно подумала Мэри и еще раз извинилась:

– Понимаю. Мне не следовало брать трубку…

– Оставим эту ерунду, – отмахнулся от нее Поттер. – Вернемся к нашим баранам. Итак, на чем мы остановились?

– На том, что вы предложили мне выпить кофе, – выпалила Мэри, сразу же вспомнив, что на столе перед Поттером лежит ее смертный приговор.

Тот, помедлив, кивнул, повернулся к кофеварке и спустя минуту подал ей чашечку горячего напитка. Мэри с любезной улыбкой приняла ее и, как бы сделав неловкое движение, опрокинула кофе на бумаги.

– О Господи!… Ради всего святого, простите меня! – с притворным ужасом закричала она, с удовлетворением наблюдая, как коричневая жидкость заливает стол. Поттер вскочил из-за стола, потом сел. Не сказав ни слова упрека, он быстро вытащил из ящика стола несколько листов бумаги и принялся вытирать стол.

– Кажется, ничего страшного, – сказал он с натянутой улыбкой.

– Позвольте вам помочь! – тут же нашлась Мэри и, схватив чистый листок, принялась изо всех сил оттирать верхнюю часть рекомендательного письма из агентства «Забота». Через несколько секунд имя Одри Коул, и без того слабо различимое, в буквальном смысле слова было стерто с лица земли.