Раунд проходил за раундом. Одни заканчивались одновременным падением двух противников, другие – поражением одного из них. Кровь струилась по их груди и рукам, у Дэниэла не открывался один глаз, у Неда пострадала скула, но бой продолжался. Оба чувствовали себя изможденными, Неда шатало из стороны в сторону, Дэниэл периодически тряс головой, но они атаковали друг друга снова и снова.

Тело Дэниэла превратилось в сплошной источник боли. Он даже не представлял, что так сильно повредил плечо прошлой ночью, когда пытался поймать убегающего бандита. Утром он испытывал лишь легкий дискомфорт, который превратился в непрерывное мучение, затрагивающее каждый его нерв, как будто его вздернули на дыбу. Только одну вещь он знал наверняка – это его последний бой. Никогда больше нога его не ступит на ринг.

Удар, удар, удар. Левый кулак бил по-прежнему мощно, а правый слабее. От удара в горло Нед упал как подкошенный. Очередной раунд закончился.

Холодный пот струился по лицу Дэниэла, секундант ничего не мог поделать с жуткой болью, которая пронизывала его тело с такой силой, что он с трудом дышал. Том торопливо инструктировал его:

– Ты должен победить Неда в этом раунде. Он шатается и почти без сил. Ты слышишь меня? Сейчас или никогда.

Сейчас или никогда. Дэниэл услышал голос Джима. Глотнув обжигающий бренди, он поднялся и, шатаясь, пошел к центральной линии, готовый встретиться с противником в последней отчаянной схватке.

Наступил величайший раунд. Храбрость боксеров компенсировала их медленные нечеткие движения, вызванные полной физической изможденностью, от которой мало кто устоял бы на ногах. Кульминация произошла неожиданно. После нескольких яростных выпадов Нед нанес противнику тяжелый удар в лицо. Дэниэл пошатнулся, пришел в себя и бросился вперед с энергией, порождаемой болью, которую он не мог больше выносить. Он замахнулся левым кулаком, обрушил мощный удар в ребра Неда и окончательно сокрушил его резким выпадом в лицо. Нед отлетел назад, проломил перила, которые раскололись как спички под его весом, упал на землю и замер. Бой закончился.

Все зрители вскочили со своих мест. Восторженные крики неслись со всех сторон, шляпы летали в воздухе, ликование достигло апогея. Охранники пришли в движение, вскочили на лошадей и двинулись вперед, чтобы усмирить бушующую толпу, стремящуюся попасть на ринг. Том хлопал Дэниэла по плечу.

– Джентльмены! Объявляю нового чемпиона Англии. Дэниэла Уорвика! – провозгласил судья.

Том накинул на Дэниэла халат. Новый чемпион поднял левую руку в знак победы – правая безвольно висела вдоль тела – и посмотрел на жену.

– Дэниэл! Дэниэл! Поздравляем!

Кейт стояла вместе с остальными на траве окай ринга, радуясь его триумфу. В ее глазах блестели слезы гордости за мужа. Он наклонился через перила, чтобы заговорить с ней, она бросилась вперед, шляпка соскочила с ее головы и повисла на лентах на шее, когда она подняла к нему голову. Он подумал, что никогда еще не видел Кейт такой красивой, ее волосы беспорядочными мягкими завитками ниспадали на прекрасное лицо.

– Подожди меня. Через минуту я спущусь к тебе.

Потом Дэниэл повернулся, чтобы спросить о самочувствии Неда, и узнал, что тот пришел в сознание и избежал переломов при падении. Эти новости его порадовали, он никогда не встречал более храброго соперника. Ему поднесли знамена победителя, он бережно принял мягкий голубой и зеленый шелк.

Кейт наблюдала за ним, взволнованно прижав руки к груди. Она с радостной надеждой ожидала, когда он снова взглянет на нее, и вдруг увидела, что его внимание внезапно привлек кто-то в конце толпы. С упавшим сердцем она обернулась и проследила за направлением его взгляда.

Элегантный экипаж с опущенным верхом стоял на мосту. В нем сидела знакомая фигура, которую они не видели уже очень давно, облаченная в глубокий траур. Ее огненные волосы блестели под черной шляпкой из крепа и развевающейся на ветру траурной вуалью. Клодина вернулась домой.

При виде нее Дэниэл глубоко протяжно вздохнул. Она обольстительно, многообещающе улыбалась ему. Чтобы подчеркнуть, что она свободна и вернулась к нему, Клодина поднялась в своем экипаже и с вызовом посмотрела ему прямо в глаза, как смотрела в их первую встречу. Она ждала, когда он преподнесет ей знамена. В этот раз она не откажется принять их.

Но в этот раз ей их никто не предлагал. Знамена предназначались женщине, которую Дэниэл действительно любил – Кейт. Он перелез через перила и спустился по лестнице.

Его жена спокойно стояла, высоко подняв голову, смелая и любящая, не осознавая еще, что победа целиком досталась ей. Дэниэл знал, что он никогда не освободится до конца от чар Клодины. Черная магия существовала по-прежнему, сексуальное влечение, древнее, как сама жизнь, ощущалось ими через все поле, но Кейт научила его любить, и только с ней он хотел провести остаток своих дней.