– Какая я глупая, – проговорила Клодина, беря его за руку. – Вообразила себя Жанной Д'Арк, спасающей Истхэмптон от врага, а моя миссия провалилась.

– Вы знаете этого парня? – недоверчиво спросил Лионел.

– Нас познакомил его покровитель, сэр Жоффрей Эденфильд на балу в Морском Шатре, – пояснила она и с опаской посмотрела на мужа сестры. – Я вижу, Александр сильно недоволен, что я возобновила столь неприятное знакомство, но я пошла на это исключительно из благих побуждений, – заявила она и обворожительно взглянула на своего спутника. – Защитите меня, Лионел.

– Всегда готов, моя дорогая Клодина.

Дэниэл наблюдал за их отъездом, довольный своими утренними достижениями. Если бы она не хотела, чтобы он преследовал ее, как охотник жертву, то никогда не заговорила бы с ним. Ее неуверенность давала ему преимущество. Гадая, сколько времени ей понадобится, чтобы принять его приглашение, он сел в экипаж и поехал домой.

Все следующие дни Дэниэл ждал Клодину, резко оборачиваясь, когда вдалеке мелькали перья чьей-то женской шляпки, и тщетно вглядывался в проезжающие мимо экипажи. Временами он был слишком занят с раннего утра до поздней ночи, чтобы думать о девушке. Чтобы держать себя в хорошей форме, он ежедневно совершал пробежки по побережью, Джим сопровождал его. Часто он работал топором или лопатой или совершал другую тяжелую физическую работу, укрепляя мускулы. Этот физический труд наряду с простыми рабочими еще более усилил дурное мнение у враждебно настроенного к нему знатного населения.

Архитектор уехал, доверив всю оставшуюся работу Артуру Тэннеру, отвечавшему всем требованиям его и Дэниэла. Харди как бригадир, привыкший иметь дело с важными напыщенными господами, с некоторым презрением относился к этому тихому, честному, добросовестному человеку, что не способствовало их дружбе. Это неминуемо создавало дополнительные проблемы и трудности.

Дэниэл и Джим отправили Гарри в Лондон на несколько дней, поручив ему заняться организацией нескольких поединков. Сэр Жоффрей, посвященный в качестве спонсора во все вопросы, написал Дэниэлу, что его брат организовал все очень грамотно, настаивая, чтобы бои проводились недалеко от Истхэмптона. Это исключало длительные отъезды с побережья.

Письмо пришло на несколько дней раньше появления самого Гарри. Когда брат наконец появился, Дэниэл выразил недовольство его длительным отсутствием.

– Где, черт возьми, тебя носило все это время? Ты должен был уехать из Лондона сразу по завершении всех дел. Я не намерен впустую оплачивать тебе комнату.

– Я уехал из Лондона сразу после того, как организовал последний бой, – агрессивно ответил Гарри, снимая шляпу и вешая ее на крючок. – У меня были свои дела.

Он снова искал Кейт. Тайком от Дэниэла он направился в Винчестер в гостиницу, где Кейт останавливалась с Дэниэлом. Но никто не мог помочь ему. Дилижансы непрерывно прибывали и отправлялись, люди постоянно менялись. Гарри обнаружил ее имя, записанное рукой Дэниэла в журнале гостиницы. Один из клерков вспомнил, что мужчина приобретал для нее билет на дилижанс, позволяющий путешествовать в радиусе трехсот миль в разных направлениях. В какой дилижанс села Кейт на следующее утро и в каком направлении уехала, клерк вспомнить не мог. На этом вся информация закончилась. Не теряя надежды, Гарри объехал все ближайшие остановки в пригороде Винчестера, но никто не вспомнил высокую белокурую молодую женщину, которую он искал, и никто не знал, по какой дороге она направилась. Глубоко разочарованный, Гарри вернулся домой и крайне остро воспринял замечание брата.

– Хм, – неудовлетворенный ответом, Дэниэл все же предпочел закрыть тему. – Садись к огню и расскажи в деталях о предстоящих поединках, поскольку сэр Жоффрей только кратко намекнул на них.

Дэниэл вернулся в гостиную, и Гарри последовал за ним, когда взгляд его упал на молодую служанку, поднимающуюся вверх по лестнице с грелкой в руках. Заметив, что он смотрит на нее, она остановилась и перегнулась через перила.

– Я скажу мисс Жасси, что вы вернулись, сэр. Сказать?

И ее последнем вопросе не было никакой необходимости, но она все же вызывающе задала его. Девушка оказалась юной и весьма симпатичной, с лукавым взглядом и алым ртом. Гарри удивился выбору Жасси, поскольку это легкомысленное создание не вызвало в нем никакой надежды на улучшения и ведении домашнего хозяйства.

– Да, дайте моей сестре знать, что я дома. Как вас зовут?

– Анни, сэр. Я работаю уже неделю.

Присев к огню на придвинутый Дэниэлом стул и отвечая на вопросы Джима, Гарри увлекся рассказом о предстоящих поединках и забыл о служанке.

Жасси уже собралась ложиться спать и колебалась, стоит ли спускаться, чтобы поприветствовать брата, пока Анни засовывала теплую грелку между ее простынями, чтобы согреть их.

– Думаю, что подожду до утра, – решила Жасси. – Сейчас пойдут скучные разговоры о боксе, я не хочу их слушать.

– Вам нравится смотреть, как дерется ваш брат, мисс? – спросила Анни, склонив голову набок, словно птичка.

– Никогда не видела и не желаю видеть, – вздрогнув, ответила Жасси, пытаясь расстегнуть крючки на своем платье.

– Позвольте, я вам помогу, – сказала Анни и подошла сзади. – Вы даже не представляете, что потеряли. Могу вам сказать, что бой – это великолепное зрелище с шумной орущей толпой, ударами и кровью.

Жасси широко раскрытыми глазами посмотрела на служанку.

– Это не место для женщин. На бокс ходят только мужчины.

Анни хихикнула:

– Я переодеваюсь в одежду своего брата и забавы ради иду на бой вместе с ним. Хотите, в следующий раз мы и вас нарядим и возьмем с собой.

Жасси покачала головой и рассмеялась над абсурдной идеей.

– Никогда. Если Дэниэлу причинят там боль, я сразу же разревусь и выдам себя.

Она шагнула из упавшего на пол платья, которое подобрала Анни.

– Если не хотите смотреть бой, придумаем что-нибудь еще, – шаловливо предложила служанка. – Пришла пора повеселиться. Из ваших рассказов я поняла, что ваша жизнь в Девоншире напоминала болото, да и сейчас она не лучше.