Продолжая самоутешаться, я перевела хмурый взгляд на свой тихий дворик. Зрелище было преинтересное, стоит отметить. Примерно треть площади была завалена сань-цзе-гунями характерного образца. Горка поднималась значительная, раза в два примерно выше огораживающей стены. И что-то мне подсказывало, что таскать все это в арсенал мне опять придется вручную на собственном нетрудовом горбу.

Глава 6

Настроение у меня было ни к черту, да и физический труд никогда не способствовал его улучшению. Громко костеря во весь голос Ичиго, я раз за разом набивала под завязку кабину лифта сань-цзе-гунями, радуясь, что в помощниках у меня есть хотя бы вот это техническое новшество нового времени. Не знаю, я бы, наверняка, уже бросила сей утомительный процесс, если бы все эти бесчисленные складные копья, в которых была запечатана реяцу Иккаку, мне бы пришлось таскать в оружейные комнаты вниз по лестницам, изображая из себя гужевого мула.

И, кстати, все эти трофеи были мною присвоены совершенно законно! На правах военной добычи! Да, что этот болван вообще понимает в жизни?! Подло, ему это видите ли! Моралист, нах! Тебе-то что? Так одно-два мгновения в бою, а мне пришлось махаться с долбаной буддийской обезьяной, которая меня, между прочим, еще и порезала! Мудак! Захребетник рыжий! Не пустит он меня, не надо ему! Да я сама тебе помогать не стану, скотина неблагодарная! При первой же возможности вытряхну тебя из тушки и пинка прощального выпишу! Свинота...

Вот так вот развлекаясь, я постепенно заполняла стеллажи в новых помещениях арсенала. Вырванного у Мадараме куска реяцу хватило аж на два этажа с лишком, кроме того я обнаружила, что мой прежний резерв тоже сам собой увеличился на пару комнат. Разница между личным оружейным складом и трофейным хранилищем была лишь в одном. Я четко ощущала, что если начну расходовать запасы сань-цзе-гуней, то обратно они уже никогда не восполнятся, так что следовало приберечь это добро на крайний случай. Ну, ничего страшного, объем добычи итак впечатлял, радуя глаз и грея душу.

Закончив с наведением порядка, я заползла обратно в беседку и, скорее рефлекторно, чем осознанно, сунулась в память к Ичиго, одновременно наблюдая за событиями на экране плазменной панели. А показывали там довольно развеселый боевичок про "мега-воина" во вражеской крепости. По воздуху туда-сюда летали офигивающие шинигами, отовсюду "воняло" выбросами реяцу, Куросаки опять собачился с отловленным где-то Генджи, а еще вокруг рушились стены, проваливались мостовые и творились прочие акты мелкого вандализма. Короче, картина маслом "Дурдом на выезде!".

Вскоре на сцене появился новый действующий персонаж. Мелкое дохлое чудо вызывало своим болезненным видом только одно желание - добить, чтоб бедняга не мучился. Самое смешное, в дальнейшем выяснилось, что эта неудачная пародия на шинигами еще и лекарь. Вот уж и правда, сапожник без сапог.

– Эй, вы, ублюдки! А ну живо с дороги!

– Если вам еще дорога жизнь вашего товарища!

– Да-да-да! И очень прошу вас побыстрее!

Ичиго с Генджи вовсю изображали бездушных злодеев, а несчастная жертва им во всем подыгрывала, похоже, будучи единственным, кто всерьез относился к происходящему. Хотя острые зубья меча, приставленные к шее, кого хочешь правильно замотивируют.

– Странно как-то, - пробормотал Шиба спустя полминуты, глядя на кирпичные морды остальных шинигами, так особо и не пошевелившихся.

– Может, они нас плохо услышали?
– рискнул предположить Куросаки.
– Еще разок?

– Попробуем... Живо с дороги, паскуды!

– Или вашему бойцу не жить! Ну, давай те же, - последняя фраза уже прозвучала скорее как просьба, но эффекта по-прежнему не возымела.

Чахоточный пленник подавленно пискнул.

– Какого дьявола вы там на пару несете?
– раздался, наконец, из толпы вопрос, заданный совершенно недоуменным голосом.

– Э... это вроде как заложник, - попытался объяснить Ичиго, для наглядности пошевелив лезвием у шеи несчастного.
– А вы, соответственно, вроде как должны...

– И, по-твоему, мы что, похожи на товарищей этого глиста вареного?!
– рыкнул здоровяк в первом ряду.

– То есть?
– впал в легкий ступор Куросаки.

– Я из четвертого отряда, а эти парни из одиннадцатого, - вежливо пояснила "глиста".

– И чё?

Толпа прореагировала на это целым фонтаном воплей.

– Не смей нас сравнивать с обмылками из четвертого отряда, риока?! Слышишь!

– Мы самый сильный отряд в Готей-13!

– Да! И наш капитан лучший!

– Да!!!

– И стрижки у них у всех уродливые, а у того все прилизано, - отметил Генджи.

– Спасибо, - неуверенно прошептал пленник.

– В четвертом же отряде одни бабы, лекари, батраки и очкомои, неспособные даже оружие в руках держать! И поэтому мы, одиннадцатый отряд, их попросту презираем!

– Называть его нашим товарищем - оскорбление!