Он осушил чашу с водой до дна. Глаза больше не резало, головная боль сменилась глухими ударами в висках. Эсккар вспомнил произнесенные ранее Никаром слова. Теперь ему казалось, что в них содержится вызов.

— Ты хочешь знать, почему мы должны бежать, Никар? Я тебя правильно понял? Потому что у нас нет воинов. У нас есть фермеры, торговцы и несколько дюжин мужчин, которые обучены обращаться с оружием. Алур мерики в состоянии выставить против нас сотни воинов. Даже солдаты не станут сражаться при таком раскладе.

— Если мы станем сражаться против них из-за нашего частокола…

— Частокол не выдержит. Набрось несколько веревок — и его можно свалить.

— Значит, нам нужна более прочная ограда, — заявил Никар самым серьезным тоном. — Такую ограду можно построить за оставшееся время?

Эсккар бросил взгляд с балкона. Забор, который окружал Орак, проходил практически под ним, всего в дюжине шагов, но теперь он изучал его так, словно видел впервые. Недостаточно высокий, недостаточно прочный, понял он. Ораку требовалась крепкая стена. Земляная стена, если можно сделать ее достаточно высокой и достаточно крепкой, заставит варваров задержаться. Но даже стена не остановит воинов. Ну, по одной задаче на раз. Деревне просто требовалось что-то, способное оказать достаточное сопротивление и заставить атакующих перебраться к более легким целям.

— Мне нужно подумать об этом, Никар. То, о чем ты говоришь, может оказаться невозможным. Дай мне немного времени. Я вернусь к тебе до заката и скажу, что думаю.

Никар кивнул, словно ожидал слов об отсрочке.

— Значит, приходи ужинать после заката. Мы тогда снова поговорим.

Эсккар поклонился и покинул дом. Он шел по петляющим улицам назад к солдатским казармам и думал о словах Никара. В казармах он не обратил внимания на стоявших без дела мужчин и направился к конюшням. Он попросил коня, и, пока конюхи готовили его к выезду, Эсккар снова вышел на улицу. Он подошел к ближайшему уличному торговцу и потратил последние медные монеты на хлеб с сыром.

Эсккар положил еду в мешок, наполнил бурдюк водой, затем уселся на коня и медленно поехал по деревне. Он выехал из главных ворот и кивнул стражнику, который нервно взглянул на него. Несомненно, стражник подумал, вернется ли он. Видно, слухи распространялись быстро, а тут еще новость о внезапном отъезде Ариама.

Свежий воздух помог Эсккару окончательно развеяться и избавиться от последствий выпитого вчера вина. Сознание прояснилось, и Эсккар обратил внимание на быстрого коня, который, как казалось, не меньше его рад покинуть ограниченную частоколом территорию деревни. Мужчина пустил коня легким кентером, и так добрался до вершины небольшой возвышенности, которая располагалась примерно в двух милях к востоку от деревни. Отсюда открывался отличный вид на Орак и реку Тигр, которая петляла за поселением.

Эсккар остановил коня и съел купленный хороший хлеб и не очень хороший сыр. В голове кружились разные мысли. К его удивлению, у него появилось несколько идей насчет того, что можно сделать, а что нельзя. Он слизал остатки сыра с пальцев и изучающе осмотрел деревню, словно видел ее в первый раз.

Орак стоял на широком участке твердого грунта и камнях, река огибала его так, что быстрые воды защищали почти половину деревни, не позволяя к ней приблизиться. Скальное основание деревни когда-то окружало болото. По мере разрастания поселения фермеры осушили болота, разбили там поля и построили дома на отвоеванной земле. Местность пересекали дюжины каналов, больших и маленьких. Они доставляли воду от реки к фермам.

Не исключено, что землю снова можно затопить и оставить только одну основную дорогу, ведущую к воротам. Эсккар представил ряд лучников на вершине стены, стоящих плечом к плечу, и то, как они направляют стрелы на конных налетчиков внизу. Лук, решил он. Только это оружие уравняет мягких деревенских жителей с воинами алур мерики, и только в случае, если лучники смогут прятаться за стеной.

Если конные воины столкнутся с мощной стеной, то утратят преимущества. Тогда они не смогут направить шквал стрел для подавления защитников, после чего обычно неслись атакующие всадники и рубили всех на части. Если алур мерики придется выступать против такой стены, то большая физическая сила и мастерство владения мечом и копьем не обеспечат обычного результата. Да, это может сработать. Если Ораку удастся построить стену, то у деревни появится шанс. Сможет ли Орак измениться, оставалось под вопросом.

Орак напоминал все другие деревни, которые видел Эсккар. В основном он состоял из небольших хижин, построенных из речной глины и соломы, хотя дома богатых торговцев и представителей высшего сословия были гораздо больше и состояли из двух этажей. Деревню окружал забор, но и вокруг частокола возникли многочисленные хижины и шатры. Некоторые, несмотря на запрет Никара, крепились к самому частоколу.

Что касается самих деревенских жителей, они напоминали людей из других поселений. Большинство владело лишь небольшим количеством имущества: простой одеждой, деревянной миской для еды, может, несколькими грубыми орудиями труда. Но фермы вокруг Орака давали достаточно зерна, которое пекари превращали во вкусный хлеб. Приятный запах свежеиспеченного хлеба постоянно висел в воздухе над деревней.

Фермеры не только производили достаточно для того, чтобы прокормить себя и свои семьи, но и могли продавать или обменивать зерно в деревне. Эти излишки наполняли Орак людьми, которым не требовалось для выживания заниматься сельским хозяйством: купцами, плотниками, владельцами лавок, владельцами гостиниц, кузнецами и многими другими. Эти умелые мастера занимались всеми видами ремесел, которые требовались для поддержания деревни и окружающих ферм, а также передвижений по реке. Они брали плату зерном, а также монетами, которые платили богатые торговцы и представители высшего сословия.