Эсккар кивнул, вспоминая людей, погибших из-за того, что слишком привязались к какому-то оружию.

— Я сумею им воспользоваться, Трелла.

Эсккар бросил оружие на кровать и обнял девушку.

— А теперь скажи мне, как я могу тебя отблагодарить. Может, ты вернешься в кровать, как велел лекарь, и я покажу тебе, насколько ценю твой подарок?

— Не думаю, что мне удастся много отдыхать. Нужно многое сделать. Кроме того, я думала, что ты обрадуешься, увидев меня на ногах.

Она повернулась к столу и села.

— Ты мне больше нравишься в постели, — ответил он и провел рукой у нее по шее сзади, потом стал массировать ей мышцы двумя руками. — Там ты разговариваешь гораздо меньше и даешь мне гораздо больше удовольствия, хотя и стонешь, и кричишь так громко, что и мертвых можешь разбудить.

Она прижалась головой к его бедру.

— Если хочешь, я вернусь в постель, муж. И попытаюсь вести себя тихо.

Стоя над Треллой, Эсккар увидел под свободной одеждой ее левую грудь, приподнятую повязкой. Это зрелище до сих пор возбуждало его. Был полуденный час, все обедали. Но он не хотел делать ничего, что замедлит выздоровление жены.

— Может, позднее, после того как ты сменишь повязку. — Он поцеловал ее в макушку. — И тебе не нужно беспокоиться о тишине.

— Я попытаюсь дождаться ночи, — она выпрямилась и снова повернулась к зеркалу. — А теперь скажи мне, почему ты ушел с учений?

— Джален вернулся с другой стороны реки. — Эсккар отправлял людей на поиски подходящего места для засады на варваров. — Он удивился, услышав о случившемся. Джален будет молиться о твоем скорейшем выздоровлении. Сегодня вечером он ужинает с нами.

— А он нашел подходящее место? — разведка Джалена интересовала Треллу гораздо больше, чем его молитвы.

— Он думает, что да. Мы обсудим это сегодня вечером. — Эсккар сел на край кровати.

— Ты считаешь, что варвары вскоре появятся? — она спросила это таким тоном, словно говорила о погоде.

— Основная группа теперь движется быстрее. Они появятся здесь меньше, чем через месяц.

— А ты должен отправляться на другую сторону реки?

Теперь ее голос звучал, как обычно звучит голос солдатской жены, волнующейся за мужа, беспокоящейся, что он будет рисковать жизнью в какой-то маловажной засаде, когда он требуется для значительно более важной битвы из-за стен деревни.

Они уже обсуждали это раньше.

— Да, судя по тому, что мне рассказал Джален. — Эсккар колебался. — Я подожду еще несколько дней. На тот случай, если Месилиму удастся прорваться.

Его это беспокоило гораздо больше, чем он признавал. К этому времени Месилим уже должен был прислать сообщение, если появится. Вокруг Орака начала сжиматься петля. Гораздо меньше людей просили убежища или средства для переправы на другой берег.

Пройдет еще неделя, и для Месилима будет слишком поздно. Люди Эсккара уже начали сжигать поля и урожай и подъезжали так близко к варварам, как только смели, затем отступали назад, уничтожая все за собой. Алур мерики не найдут практически ничего, чем можно было бы кормить людей и животных. Жизнь деревенских жителей будет зависеть от зерна и скота, отправленных на другую сторону реки, по крайней мере до следующего урожая.

— И что еще тебя беспокоит, муж?

Она всегда могла определить, если что-то его беспокоило.

— Никар хочет со мной поговорить… с нами. Он прислал посыльного и спрашивает разрешения встретиться с нами сегодня. Я пока не отправлял ответ.

Эсккар не видел Никара и не разговаривал с ним со дня смерти Калдора. Отец стоял на площади, прикрыв рукой глаза, когда его сына забивали камнями. Гату пришлось защищать Никара от гнева толпы, которая требовала и его крови.

— Наверное, ужасно видеть, как умирает твой ребенок. — Мгновение казалось, что Трелла глубоко погрузилась в свои мысли. — Что нам ему сказать?

Эсккар пришел к ней задать тот же вопрос. Но теперь он сидел в комнате и думал о том, что будет лучше для Орака, для него самого, для Никара. После нападения на Треллу он хотел изгнать Никара и его семью, несмотря на советы Треллы, но теперь знал, что это было бы ошибкой. Ораку требовались люди типа Никара — с широкими взглядами, справедливые и честные, которые могли честно вести дела.

— Мы должны найти способ помириться, Трелла. Но как нам это сделать после того, как кровь пролилась с обеих сторон? За кровь можно расплатиться только кровью.